— Это всё. Остальное потратили. Больше у нас ничего нет, — призналась Сана.
— Заберем их машину, — предложил Ираклий.
Сана не спорила. Худшее позади, считала она. Ребенок, спавший в дороге, проснулся и захныкал. Мама стала укачивать дочурку и только тут сообразила — что-то не так! В доме все четыре бандита, неужели они оставили Антона одного без охраны.
Она рванулась к окну. В белых «жигулях» виднелась знакомая фигура. Сана не вглядывалась, она слушала. Ее слух проник в машину, она пыталась уловить биение родного сердца, но слышала лишь мертвую тишину.
— Вы убили его, убили! — закричала она, прижимая плачущую дочку.
— Закрой рот и уйми ребенка! — Георгий отдернул женщину от окна и толкнул к Ираклию.
Чепчик спал с головки младенца. Георгий придавил тряпицу кроссовкой и приказал подельникам:
— Уведите бабу в другую комнату, заткните им рот и поищите деньги. Я пока позвоню дяде.
Лия сбежала вниз, увидела на пороге дома Саната с синтезатором и от восторга чмокнула его в губы. Нана Ревазовна сделал вид, что не заметила вольности дочери. Лия потащила друга в гостиную.
— Пойдем скорее, надоело одной шептаться с Сонатой.
— Шептаться?
— Играть без подключения к комбику, — пояснила девушка и изобразила недовольную рожицу: — Это совсем не то.
Санат установил синтезатор, подключил инструменты к комбинированному блоку — усилителю со встроенной колонкой. Лия от нетерпения приплясывала с электроскрипкой на плече.
Нана Ревазовна, следившая за приготовлениями музыкантов, указала дочери пальцем вверх:
— Папа.
В последние дни муж был нервным и озабоченным. Раздражать его громкой музыкой было рискованно.
— Мы пустим звук через наушники, — предложил Санат, показывая, что купил не только синтезатор.
Лия кивнула и тоже нацепила на голову обод с большими наушниками. Они заиграли, слушая друг друга через наушники. Лия выбирала композицию и начинала исполнение. Дирижер подхватывал мелодию, они импровизировали и даже немного чудили.
Отыграв несколько мелодий, девушка столкнула наушники на плечи и задорно подмигнула Санату:
— Чувствую такую энергию, аж в груди щекочет.
— Где именно? — игриво спросил Санат, приблизился к девушке и коснулся пальцами ее груди.
Лия отложила скрипку, прижалась к нему и вытянулась для поцелуя. Молодые люди слились в объятиях. После продолжительного поцелуя девушка вывернулась и закружилась по комнате.
— Сейчас бы сюда твою сестру вокалистку. И без наушников на полную громкость!
— Ей пока не до нас. Она сегодня родила. Девочку.
— Ух, ты! И как себя чувствует?
«Хорошо», — хотелось ответить Санату, но прежняя неясная тревога вновь заскребла на душе.
Минуту назад во время поцелуя он невольно прислушивался, чтобы их не застали врасплох. Чуткий слух продолжал контролировать обстановку в доме. Мама Лии готовила на кухне, а отец в кабинете только что откликнулся на телефонный звонок.
Одна из фраз прозвучала в устах Беридзе особенно резко:
— Выбора нет. Прикончите воровку!
Санат насторожился. Отар Гурамович с кем-то разговаривал по телефону и объяснял:
— Один уже мертв, свидетель нам не нужен.
— Сжечь в доме? — предложил собеседник, в котором Санат распознал голос Георгия.
— Незачем привлекать внимание, вас могли видеть соседи. Лучше вывезти их в горы и столкнуть в машине с обрыва, якобы не справились с управлением. Только девку прибить заранее, чтобы наверняка. Никаких ножей, чем-нибудь тупым по голове.
— У нас есть кастет.
— То, что надо. И найдите место, где их не сразу найдут.
«О ком они говорят? — встревожился Санат и сам себя успокоил: — Это не может быть Сана. Ее не могли быстро найти. Ее нет в городе, она в безопасности».
Лия заметила, что Санат побледнел.
— Что с тобой? Тебе нехорошо?
— Я в норме. Переживал за сестру.
— Давай ее навестим, — предложила Лия. — Она в какой больнице?
И тут он услышал продолжение телефонного разговора:
— А с ребенком, как быть? — после долгой паузы спросил Георгий.
— На волю бога, — ответил тот, кого называли Богом.
Санат облокотился о стену, чтобы не рухнуть. Лия ринулась к нему:
— Ты весь бледный. Давай измерим температуру. Я позову маму, она разбирается в таблетках.
Дирижер помотал головой.
— Мне надо ехать.
— Я поеду с тобой. Ты к сестре?
Санат должен был проверить, о ком идет речь. О чьем ребенке? О каком доме и чьей машине, которую хотят столкнуть с обрыва? Он наделся, что с семьей сестры всё в порядке, и он зря волнуется. А может он вообще не так понял Беридзе? Ведь не станет уважаемый человек планировать убийство.
— Это личное. Я скоро вернусь, — пообещал Санат и попрощался.
Дирижер поймал такси и приехал к своему дому. Прежде чем войти он прослушал хорошо ему знакомый «виноградный комод». Внутри тишина. Но не такая, как раньше.
Он поднялся по ступенькам. Дверь не заперта. Шагнул дальше. В большой комнате выпотрошены шкафы и сдвинут диван, под которым располагался тайник с деньгами. Он заглянул за диван, тайник был пуст.
Разум искал объяснения. А если это Антон примчался из Красной поляны, впопыхах забрал деньги и собрал вещи. Странно, что так неаккуратно, на него непохоже.
