Дёргаю дверную ручку на себя и, состроив недовольную рожу, почти выдаю уже заготовленное "Только попробуй сказать, что ты похерил ключ", как слова сами застревают в глотке. Потому что я вижу перед собой не капюшон толстовки, которую он таскает под курткой, а лацканы наглаженного чёрного пиджака.
Вот дерьмо.
– Чего тебе?
Ларри морщится, всем своим видом демонстрируя, насколько приятно ему находиться рядом со мной. Стряхнув с плеча невидимую миру пылинку, проходит вперёд, оттеснив меня в сторону.
Наши отношения всегда было сложно назвать дружескими, а в свете последних событий я бы и вовсе не рискнул ночевать с ним в одном помещении.
Послушно отступаю и приваливаюсь боком к одной из зеркальных панелей в прихожей. Выжидающе приподнимаю бровь и поторапливаю его. Телек и газировка куда более волнующая перспектива, чем разговор с менеджером, который скорее откусит себе ногу, чем припрётся в моё логово просто поболтать.
– Ну?
– Я обещал твою задницу на фуршете по поводу открытия новой радиостанции.
Киваю.
Круто складывается, ага.
– Но я-то ничего не обещал. Ни тебе, ни радио, ни станции. Так что не был бы ты так любезен…
– Не дури, Рэндал. Я всё ещё твой агент и в первую очередь забочусь о репутации группы. Так что прекрати ломаться как школьница, переодевайся, и поехали. Светанёшь зубами на камеру и пожрёшь за чужой счет.
– Я похож на любителя халявных канапе? И откуда ты знаешь, как ломаются школьницы? Тебе же наверняка не давали минимум до тридцати.
Поджимает губы и прячет ладонь в карман. Вижу, как сжимает и разжимает пальцы под плотным слоем материи.
– Я подожду в машине.
Совсем всё замечательно, куда же без вездесущей няньки.
– Эй, а ты-то за каким хером со мной тащишься? Будешь шикать и исподтишка тыкать вилкой?
Его терпение оказывается отнюдь не безгранично. Сорвавшись, привычно багровеет и слова выплёвывает, как твёрдые горошины, – так и норовит каждым припечатать мне в лоб:
– Я тащусь с тобой, чтоб вы, идиоты, вели себя прилично, насколько это вообще возможно.
Вот так становится уже интереснее. По крайней мере мне не придётся скучать, уныло цедя в углу один единственный бокал, то и дело общаясь с дотошными журналистами.
– Ты сказал "вы"? Кто ещё не смог отмазаться? Дай угадаю, Сайрус? Нет? Джеки?
Стоит только произнести второе имя, как снова меняется в лице.
Бедняга, даже на жалость пробивает.
– О-кей, с Джеком ещё куда ни шло. Но только потому, что ты умолял меня, зубами завязывая шнурки, ясно? Так и скажешь организаторам.
Отлипаю от стены и слышу, как что-то бормочет мне в спину.
– И не посылай меня в жопу, я всё ещё могу передумать.
Молчание в ответ.
Выуживаю из шкафа первую попавшуюся чёрную рубашку и стягиваю футболку через голову, на ходу пытаясь вспомнить, где бросил мобильник. Где-то на кухне вроде был.
Заглядываю в ванную и провожу ладонью по волосам. Не мешало бы побриться, но фиг с ним, и так сойдёт.
Телефон обнаруживается на конторке, бумажник оставлял в кармане куртки.
И уже натягивая ботинки, понимаю, что Кайлера до сих пор нет.
***
– Детка, у нас гости! Ты одета?! – ору, рывком распахнув входную дверь и буквально переваливаясь через порог, потому как попробуй устоять на месте, когда в спину прилетает нехилый тычок локтем.
Отмахиваюсь от него, как от надоедливой мухи. Как от подвыпившей косматой огромной мухи, если быть точным.
Джек и трезвый-то никогда не отличался грацией и деликатностью, а уж после принятого внутрь тем более.
– Кайлер?
Ответом – тишина и выключенный свет.
Спит, может?
Часы показывают начало третьего, и да, он вполне должен бы спать, только вот его куртка так и не появилась в коридоре, и обуви нет. И если вечером это не казалось мне особо подозрительным, то посреди ночи нехило так тряхнуло, вмиг заставив протрезветь.
– Кай? - на всякий случай зову ещё раз и прохожу в пустую гостиную. Всё так, как я и оставил. Даже футболка валяется на кровати поверх покрывала.
Приоткрытая дверь в ванную.
Плюшевый уродец у дивана.
– А это что за дерьмо? – Джек кивает в сторону игрушки и, не совсем контролируя свои движения, пытается толкнуть его ногой.
Перехватываю за лацкан куртки и молча отталкиваю назад. Не для этого я пёр его через всю улицу, как влюблённый дебил, рассчитывающий на вполне себе приземлённую благодарность.
Жестом прошу Джеки заткнуться и подождать.
Шарю по карманам и, отыскав телефон, роюсь в исходящих вызовах. Нахожу почти в самом конце списка и спинным мозгом чувствую, что явно произошло нечто стрёмное. И вряд ли это внеплановая отработка в университетской лаборатории, или что там у них.
Настраиваюсь услышать "абонент не абонент", но вызов исправно идёт, длинные гудки эхом разносятся в моём сознании, накладываясь один на другой. Сливаются.
Упорно не скидываю, но через минуту или больше разъединяется, оставляя меня с молчащим динамиком у уха.
– Не берёт?
Отрицательно мотаю головой и оборачиваюсь к другу, благодаря своему росту усевшемуся прямо на спинку дивана и сложив руки на груди.
– Это стрёмно, да?
Киваю и пробую набрать снова.
Результат тот же.
