Эта новость начала распространяться через тридцать семь секунд после того, как Иона и Паркер Хиггинс вошли в лабораторный комплекс, где размещался отдел по изучению генетики леймильских растений. Все, кто работал над проектом, были снабжены нейронанониками. И когда инстинктивная вспышка вины, сопутствующая изумлению при виде директора и пяти сержантов, без предупреждения появившихся в первые же десять минут рабочего дня в лаборатории, рассеялась и началось представление сотрудников, все, от профессоров до техников, открыли каналы связи с коммуникационной сетью биотопа. И почти каждый датавиз начинался одинаково: «Ты не поверишь…»
Ионе продемонстрировали аудиовидеопроекции генетических цепочек леймильских растений, герметично закрытые термостаты с прорастающими семенами, большие, похожие на папоротники растения в горшках и даже дали попробовать маленький черный сморщенный фрукт.
После того как в курс дела были введены друзья, родственники и коллеги, еще через пятнадцать секунд кое-кто додумался связаться с новостными компаниями.
Из лаборатории генетики растений Иона и Паркер Хиггинс прошли в отдел анализа структуры биотопа леймилов. Люди выстраивались вдоль каменной дорожки, топча окаймляющие ее кусты. Аплодисменты и приветственные крики следовали за процессией непрерывной волной, временами прорезаемой восхищенным свистом. Наиболее энергичных встречающих сержантам даже приходилось легонько подталкивать, освобождая проход. Иона стала пожимать протянутые руки.
В Транквиллити имелись представительства пяти новостных компаний Конфедерации, и все в течение полутора минут с начала ее шествия получили известия о появлении третьего Владыки Руин. Недоверчивый помощник редактора в компании Коллинза немедленно запросил подтверждения у сущности биотопа.
— Все верно, — коротко ответил Транквиллити.
Ради этой новости были немедленно прерваны все утренние программы. Репортеры бросились к вагонам транспортных труб. Редакторы лихорадочно открывали каналы связи со своими информаторами среди персонала научного проекта, стараясь получить известия с места событий. Передача информации быстро сменилась передачей ощущений, поскольку в студии стали поступать сигналы непосредственно со слуховых и зрительных нервов наблюдателей. Через двенадцать минут к новостям подключилось восемьдесят пять процентов обитателей биотопа, либо наблюдающих за импровизированным обходом Ионы через аудиовидеосистемы, либо получающих весь спектр ощущений непосредственно через нейронаноники.
Это девушка, Владыка Руин — девушка. Господи, правящие Салдана сойдут от такой новости с ума, теперь не останется ни одного шанса на воссоединение с королевством.
В лаборатории физиологии работали два киинта; один из них вышел поприветствовать Иону в стеклянный вестибюль. Произошла волнующая и трогательная сцена: хрупкая девушка-человек встретилась с огромным ксеносом.
Киинт был взрослой особью женского пола, ее снежно-белая шерсть мягко мерцала в ярких утренних лучах, всю фигуру словно окутывало сияние. Овальное членистое тело имело в длину около девяти метров, а в ширину не меньше трех, поддерживали его восемь массивных слоновьих ног. Ее голова была размером с Иону, и это немного нервировало, поскольку она напоминала примитивный щит; костяная, слегка выпуклая, в форме обращенного вершиной вниз треугольника, с вертикальным гребнем, разделяющим ее на две равные половины. Примерно посередине виднелись два прозрачных глаза, а сразу под ними ряд из шести дыхательных отверстий, опушенных мехом, что колебался при каждом вдохе и выдохе. В нижней части головы был клюв с двумя небольшими подвижными пластинками сзади.
Из основания шеи выходили два отростка, играющие роль рук. Сначала они оставались свернутыми вокруг нижней части головы и были похожи на гладкие щупальца. Но затем под кожей стали пульсировать формоизменяющие мускулы, и правая конечность приняла вид человеческой руки.
— Мы очень рады видеть тебя здесь, Иона Салдана, — обратилась киинт непосредственно к ее сознанию.
Киинты всегда могли пользоваться человеческой сродственной связью, но эденисты обнаружили, что уловить все формы личного общения киинтов практически невозможно. Может, они обладали даром телепатии? Но это была лишь одна из самых незначительных особенностей загадочных ксеносов.
— Твой интерес к этому научному проекту делает тебе честь, — продолжила киинт.
— Я благодарю вас за участие в нашей работе, — ответила Иона. — Мне сказали, что инструменты анализа, предоставленные вами, оказали неоценимую помощь.
— Как же мы могли отказаться от приглашения твоего деда? Такое предвидение, как у него, редко встречается у вашей расы.
