Джошуа Кальверт, держась за круглое ограждение в десяти сантиметрах от выпуклого стекла, предохраняющего от излучения, смотрел, как механическая рука поднимает со стеллажа очередную грузовую капсулу. Капсулами служили герметичные цилиндры со слегка закругленными концами, обернутые толстым слоем силиконового сплава для защиты от сильных температурных перепадов. На каждом цилиндре был отштампован стилизованный орел — логотип компании «Лассен» — и несколько нанесенных по трафарету надписей. Согласно коду, в капсулах перевозились магнитно-компрессионные кольца для токомаков. И содержимое девяноста процентов капсул действительно соответствовало этим обозначениям, в остальных цилиндрах были упакованы более компактные кольца, создающие сверхплотное магнитное поле, пригодное для хранения антиматерии.
Механическая рука опустила капсулу в трюм «Леди Мак», и вокруг нее сомкнулись грузовые зажимы. От неприятного предчувствия у Джошуа екнуло в груди. Внутри системы Новой Калифорнии эти кольца были вполне законным грузом, несмотря на неверную маркировку. В межзвездном пространстве законность их перевозки была под вопросом, хотя хороший адвокат мог разрушить любые претензии. А вот в системе Пуэрто де Санта-Мария, куда он направлялся, они означали обвинение в преступлении, написанное десятиметровыми буквами.
Пальцы Сархи Митчам сжали его руку.
— Нам это действительно нужно? — негромко спросила она.
В прозрачной полусфере Сарха сняла шлем, и в состоянии невесомости ее коротко подстриженные каштановые волосы лениво завивались в кольца. Она сжала губы, не скрывая своей озабоченности.
— Боюсь, что так.
Он пощекотал пальцем ее ладонь, что на борту «Леди Мак» было для них тайным сигналом. Сарха оказалась пылкой любовницей, и они немало часов провели в его каюте, испытывая плетеную клетку, но на этот раз ее настроение не улучшилось.
Нельзя сказать, что «Леди Макбет» не зарабатывала денег: за восемь месяцев после первого контракта с Роландом Фрамптоном они сделали семь грузовых рейсов и один пассажирский, прихватив команду специалистов-бактериологов, спешивших присоединиться к инспекционной группе на Нордвее. Но «Леди Макбет» и поглощала уйму денег: в каждом порту требовалось залить топливо и загрузить другие расходные материалы; список требующих замены деталей никогда не кончался, и еще не было ни одного полета, когда что-нибудь не сгорело или не отработало свой ресурс; команде тоже требовалось платить, а кроме того, существовали портовые сборы и пошлины. Маркус Кальверт как-то умалчивал об этой стороне дела. Прибыль колебалась от несущественной до нулевой, но поднять расценки Джошуа не мог, поскольку не получил бы тогда ни одного контракта. Он зарабатывал больше в бытность мусорщиком.
Теперь он понимал, что скрывается за болтовней капитанов в баре «Харки» и его бесчисленных аналогах по всей Конфедерации. Как и он сам, капитаны расхваливали свою жизнь, заявляя, что летают только ради удовольствия, а не ради денег. Все это ложь, грандиозная, артистически преподносимая ложь. Только банки делают деньги, не сходя с места, всем остальным приходится зарабатывать себе на жизнь.
— В этом нет ничего дурного, — сказал ему Хасан Раванд пару недель назад. — Все мы варимся в этом котле. Черт, Джошуа, тебе еще грех жаловаться, ты не платишь по кредитам, как большинство из нас.
Хасан Раванд был капитаном «Дешала», независимого торгового корабля размером поменьше, чем «Леди Мак». Раванду уже перевалило за семьдесят, и пятьдесят из них он летал, а пятнадцать лет назад стал владельцем судна.
— Настоящие деньги на перевозке грузов не заработаешь, — пояснил он. — Это не для таких, как мы. Здесь можно только удержаться на плаву, не больше. Все выгодные маршруты прибрали к рукам крупные компании, это герметично закрытые картели, куда ни тебе, ни мне не пробиться.
Они выпивали в клубе жилой секции промышленной станции на орбите Байдона. Станция имела вид двухкилометрового алюминиевого кольца, вращающегося, чтобы обеспечить две трети нормальной силы тяжести. Джошуа облокотился о барную стойку и смотрел, как за огромным окном проплывает ночная сторона планеты. Мерцающие огни городов и поселков чертили в темноте замысловатые кривые.
— А где же тогда можно заработать? — спросил Джошуа.
Он пил уже часа три, достаточно долго, чтобы алкоголь просочился в его модифицированный организм и попал в мозг, отчего окружающий мир стал казаться удивительно уютным.
— В полетах с тем шикарным четвертым двигателем, что стоит на «Леди Мак».
— Забудь об этом, я еще не настолько нуждаюсь в деньгах.
— Как хочешь. — Хасан сделал замысловатый жест, из стакана в его руке выплеснулось несколько капель, упавших по плавной кривой. — Я просто говорю, как обстоят дела: драка и нарушение санкций. Именно для этих вещей и существуют в нашей галактике независимые перевозчики, такие как ты и я. Все мы время от времени совершаем такие рейсы. Кто-то вроде меня чаще других. Это помогает сохранять корпус целым и защищаться от радиации надежными экранами.
