— Я всегда хотела путешествовать на космическом корабле.
— Придет время, и ты сможешь это сделать. Когда Криклейд станет твоим, ты сможешь поступать так, как тебе захочется.
Джошуа наслаждался их близостью. Наивность Луизы, ее роскошное тело и сознание того, что он даже думать не должен о том, чтобы ею овладеть, действовали как самый мощный афродизиак.
— Я никогда об этом не думала, — беззаботно ответила она. — А я смогу нанять «Леди Макбет»? Ой, но до этого пройдет целая вечность. Я не желаю смерти отцу, даже представлять не собираюсь. А захочешь ли ты прилететь на Норфолк лет через пятьдесят?
— Конечно, захочу. Меня теперь привязывают к этому миру две вещи. Бизнес и ты.
— Я? — испуганно пискнула она.
Он повернул ее к себе и поцеловал.
— Джошуа!
Он приложил пальцы к ее губам.
— Ш-ш-ш. Не надо слов, только ты и я. Только мы.
Он стал расстегивать ее блузку, и Луиза, оказавшаяся во власти странных противоречивых чувств, напряженно замерла. «Я должна бежать. Должна остановить его».
Солнечный свет, приятно покалывая, окатил теплом ее плечи и спину. А выражение лица Джошуа даже немного пугало ее, он выглядел таким жаждущим и в то же время взволнованным.
— Джошуа, — прошептала она, испытывая одновременно тревогу и непонятную радость.
Он стащил футболку через голову, а потом снова поцеловал Луизу, обняв обеими руками. Она ощутила его силу. Прикосновение его кожи вызвало дрожь в животе, которую ничем нельзя было остановить. А потом девушка обнаружила, что он уже снял с нее бриджи.
— О боже.
Одним пальцем он приподнял ее подбородок.
— Все хорошо. Я покажу тебе.
И его улыбка засияла ярче солнца.
Она сама стянула свои черные кожаные ботинки, а потом помогла ему освободиться от брюк. На ней остались только бюстгальтер и трусики из чистого хлопка, и Джошуа медленно снял их, наслаждаясь тем, что открылось его взгляду.
Он расправил на траве одежду и уложил девушку на спину. От напряжения Луиза прикусила нижнюю губу и с испугом смотрела на свое обнаженное тело. Он добился ответной реакции только после бесчисленных ласк, поцелуев, жаркого шепота и нежных уговоров.
Сначала девушка хихикнула раз, потом второй, следом раздались вздохи и стоны. Она прикоснулась к его телу, а потом с неожиданной смелостью скользнула рукой вниз по животу и обхватила его плоть. Он вздрогнул и ответил тем, что стал массировать ее бедра. Еще долгое время их руки и губы исследовали тела. Наконец он приподнялся над ней, видя перед собой ее растрепавшиеся волосы, подернутые дымкой глаза, потемневшие и гордо поднявшиеся соски, разведенные ноги. Он осторожно вошел в нее и чуть не задохнулся от восторга, когда член обхватила ее влажная теплая плоть. Луиза начала извиваться под ним, и тогда он перешел к медлительным провокационным движениям. При помощи нейронаноников он подавлял реакцию своего тела, стараясь поддерживать эрекцию, чтобы девушка достигла оргазма и получила такое же удовольствие, как и он сам.
После бесконечно долгих усилий он все же добился, чтобы она полностью утратила контроль над собой. Нарастающий оргазм заставил ее отбросить всякую сдержанность, Луиза кричала во весь голос, выгибаясь дугой, так что его колени отрывались от земли. И только тогда он позволил себе расслабиться и присоединиться к ее абсолютному блаженству.
Сладостная истома после оргазма была наполнена легкими поцелуями, поглаживанием разметавшихся волос Луизы и словами страсти. И Джошуа не ошибся: запретный плод оказался невероятно сладким.
— Я люблю тебя, Джошуа, — прошептала Луиза ему на ухо.
— И я тебя люблю.
— Не уезжай.
— Это нечестно. Ты же знаешь, что я вернусь.
— Извини.
Она крепче прижалась к нему.
Он передвинул руку к ее левой груди и сжал пальцы, слыша мягкий шорох вдыхаемого воздуха.
— Ты расстроилась?
— Немного. Совсем чуть-чуть.
— Я рад.
— Я тоже.
— Не хочешь искупаться? Это будет очень весело.
Она неуверенно улыбнулась:
— Опять?
— Если хочешь.
— Хочу.
После наступления ночи Герцогини Марджори снова пришла к нему в спальню. Мысль о том, что Луиза, быть может, крадется по залитому красным сумраком дому и вот-вот застигнет его со своей матерью, придала особую пикантность занятиям любовью, и Джошуа довел Марджори до полного исступления.
На следующий день за завтраком Луиза, призывно сверкая глазами, объявила, что покажет Джошуа плантации роз, чтобы он посмотрел, как продолжается подготовка к новому урожаю «Слез». Грант признал эту идею грандиозной, посмеиваясь про себя, что к его маленькому ангелочку пришла первая девическая влюбленность.
Джошуа вежливо улыбнулся и поблагодарил ее за проявленную заботу. До середины лета оставалось еще три дня.
День летнего солнцестояния в Криклейде, как и на всем Норфолке, отмечали довольно простой церемонией. На исходе дня Герцога у ближайшей к поместью плантации собралось семейство Кавана, викарий Колстерворта, слуги из большого дома, старшие работники поместья и представители от каждой бригады сборщиков. Джошуа и Дахиби тоже были приглашены и стояли впереди группы людей у обветшалой каменной ограды.
