В тот раз Анастасия Ригель не пригласила его в свою постель. Как и во время других его визитов, последовавших в течение месяца. Они вместе гуляли по саванне, болтая о пустяках, словно брат и сестра. Она посвящала его в тайны философии Звездного Моста и особенности царств. Он слушал, но не мог понять внутренней логики этого мировоззрения и ощущал растерянность и нетерпение. Дариат рассказал ей о своем отце, о своем негодовании и расстройстве, надеясь, что она захочет его утешить. После того как она сказала, что никогда не была в космоскребах, он пригласил ее к себе. Но ей не понравилось ощущение замкнутого пространства в четырех стенах, хотя вид медленно вращающегося звездного неба вызвал неподдельный восторг.
Сексуальное влечение утратило первоначальную остроту, хотя и не исчезло окончательно. Между ними установилось что-то вроде игры, колкости и усмешки приносили очки, но никто не знал, как выиграть. Дариату очень нравилось общество Анастасии. Она всегда благожелательно к нему относилась и всегда находила время, чтобы его выслушать. Потому что хотела этого. Он никак не мог понять, что приносило их общение ей. Она еще несколько раз предсказывала ему будущее, но такого зловещего результата больше не выпадало.
Дариат проводил с ней все больше и больше времени, он почти полностью отошел от жизни космоскребов и промышленных станций (хотя не забросил дидактические курсы). В ее присутствии стремление мальчика пробиться на самый верх заметно ослабевало.
Он научился доить козу, хотя и не чувствовал особой склонности к подобному занятию. Эти существа были весьма своенравными, и от них дурно пахло. А Анастасия готовила для него рыбу, собственноручно пойманную в ручье, и рассказывала, корни каких растений годятся в пищу. Он познакомился с образом жизни ее соплеменников, узнал, что они продают много поделок экипажам космических кораблей — в основном домотканых ковриков и глиняных изделий — и что обходятся без достижений технологии.
— За исключением медицинских нанонических пакетов, — смущенно призналась Анастасия. — Удивительно, как много женщин перед родами становятся настоящими технократами.
Он побывал на парочке церемоний, которые напоминали обычные вечеринки на свежем воздухе, где все пили крепкий спирт и до глубокой ночи распевали духовные гимны.
Однажды вечером Анастасия Ригель, одетая лишь в белое полотняное пончо, пригласила его в свой вигвам. В тусклом свете масляной лампы контуры ее тела просвечивали сквозь ткань, и Дариат почувствовал, как вожделение вспыхнуло в нем с новой силой. В центре вигвама стоял странный глиняный сосуд с гибкой трубкой, выходящей из боковой стенки. Из кончика трубки просачивалась тонкая струйка дыма, наполняющая воздух кисловато-сладким ароматом.
Анастасия взяла трубку в рот и затянулась, отчего ее передернуло, словно от порции виски тройной крепости.
— Попробуй, — вызывающим тоном предложила она.
— Что это?
— Широкие врата в царство Тарруга. Тебе понравится. Анстид будет недоволен. Он утратит контроль над тобой.
Дариат перевел взгляд на витой наконечник трубки, еще влажный от ее губ. Он хотел попробовать. Он боялся. Анастасия смотрела на него широко раскрытыми глазами.
Запрокинув голову, она выпустила через нос две длинные струи дыма.
— Ты не хочешь вместе со мной посетить царство прихоти?
Дариат сунул наконечник в рот и сильно затянулся. И сразу же отчаянно закашлялся.
— Не так резко, — сказала она. Ее голос стал бархатисто-мягким. — Медленнее. Почувствуй, как он впитывается в твои кости.
Он послушался.
— Знаешь, они стали совсем пустыми, твои кости.
Ее улыбка сверкала на смуглом лице так же ярко, как сияла днем осветительная труба Валиска.
Мир завертелся вокруг Дариата. Он ощущал движение биотопа и все ускоряющееся кружение звезд, постепенно сливающихся в сплошную ленту. Словно взбитые сливки. Он хихикнул. Анастасия понимающе усмехнулась и снова затянулась дымом.
Космос стал розовым. Звезды почернели. От воды пахло сыром.
— Я люблю тебя, — выкрикнул он. — Я люблю тебя. Я люблю тебя.
Стены вигвама то раздувались, то опадали. Он представил себя во чреве гигантского животного, словно древний Иона.
— Проклятье.
— Что ты сказал?
— Черт, не удается отфильтровать… Что за зелень? Что ты…
— Мои руки стали зелеными, — терпеливо объяснил он.
— В самом деле? — удивилась Анастасия Ригель. — Это интересно.
— Что она тебе дала?
— Тарруг? — спросил Дариат. Анастасия говорила, что они собираются посетить этого Владыку. — Привет, Тарруг. Я его слышу. Он разговаривает со мной.
Анастасия Ригель повернулась к мальчику в профиль. Она стащила пончо через голову и нагая сидела, скрестив ноги, на коврике. Затем она развернулась полностью. Ее соски превратились в два черных глаза, следящих за ним.
— Это не Тарруг, — сказала она. — Ты слышишь Анстида.
— Анстид. Привет.
