— Наслаждаешься местной трансляцией?
— Это здесь-то? Шутишь. Мы плывем по реке, потому что на этой планете еще не изобрели колесо.
Джексон рассмеялся.
— Тут ты права. И что же ты смотрела?
— «Кинетическую жизнь». Последний альбом Джеззибеллы.
— Эй, Джеззибелла мне нравится.
Ее раздражение немного улеглось.
— Еще бы. От нее все мужики просто плавятся. Она показывает женщинам, что при желании можно с вами сделать. Она просто класс.
— Я однажды видел ее вживую.
— Господи! Правда? Когда?
— Год назад она выступала у нас в аркологии. Пять вечеров на стадионе, и все билеты были проданы.
— Ну и как?
— Супер. — Он восторженно взмахнул руками. — Ничего похожего на отсталые группы «иллюзорных настроений», как будто несколько часов подряд занимаешься сексом. Она такое вытворяет со своими танцовщиками, что все тело загорается огнем. Говорили, что в ее трансляционной системе используются нелегальные коды, активирующие ощущения. Да кому какое дело? Тебе бы точно понравилось.
Мэри Скиббоу опять нахмурилась.
— Теперь я этого уже не узнаю. Вряд ли она прилетит на эту захолустную планету.
— Разве ты не хотела сюда ехать?
— Нет.
Нескрываемое отвращение в ее голосе поразило Джексона. Колонисты всегда казались ему одурманенной толпой любителей того сельского очарования, которое до сих пор тянулось по берегу реки. Ему и в голову не приходило, что не все они с одинаковым рвением стремятся к этой цели. Мэри могла стать ценным союзником.
Он заметил, что со стороны судовой надстройки к ним подходит сын капитана Карл. На парне были только белые полотняные шорты и парусиновые туфли на резиновой подошве. «Свитленд» как раз шел по неспокойному участку реки, но Карл превосходно сохранял равновесие, словно предвидел малейший наклон палубы.
— А, вот ты где, — заговорил он с Мэри. — Я тебя повсюду искал и уже решил, что ты на молебне, который устроил священник.
— Я не собираюсь просить благословения нашей поездке, — быстро ответила она.
Карл широко усмехнулся, и его белые зубы блеснули в сгущающихся сумерках. Он был на голову ниже Джексона и даже на несколько сантиметров ниже Мэри, но мускулистый торс мог служить иллюстрацией для медицинского учебника. Совершенство его тела наводило на мысль о генетических улучшениях. Джексон с растущим замешательством смотрел, как Карл протягивает руку Мэри.
— Ты готова? — спросил Карл. — Моя каюта впереди, как раз под капитанским мостиком.
Мэри подала ему руку.
— Конечно.
Карл озорно подмигнул Джексону и увел Мэри с палубы. Перед тем как они скрылись в надстройке, Джексону послышалось, что Мэри хихикает. Он не мог поверить своим глазам. Она предпочла ему Карла? Этот мальчишка на пять лет его младше! Он злобно сжал кулаки. Все из-за того, что он прив, можно не сомневаться. Маленькая сучка!
Каюта Карла была небольшим помещением в носовой части судна и выглядела как типичная комната подростка. На столе лежали два процессорных блока, какие-то микроинструменты и наполовину разобранная ячейка памяти из судовой системы. Голограммы на стенах изображали созвездия и планеты; одежда, обувь и полотенца валялись по всему полу. Но его каюта оказалась примерно в десять раз больше того помещения, которое семья Скиббоу была вынуждена делить с семейством Кава.
Дверь за Мэри захлопнулась, и голоса собравшихся на кормовой палубе людей стали намного тише. Карл, едва войдя, сбросил туфли и опустил широкую откидную койку.
«Ему всего пятнадцать, — пронеслось в голове Мэри, — но какое великолепное тело, а улыбка… Господи, я не должна была даже приходить сюда, не говоря уж о том, чтобы ложиться с ним в постель». Но эта мысль лишь сильнее распалила ее чувства.
Собравшиеся на молитву затянули гимн, и в их голосах зазвенел неподдельный энтузиазм. Она вспомнила, что среди них и ее отец, как раз сегодня утром пытавшийся поговорить с ней по душам и заявивший, что полное удовлетворение может прийти только в результате размеренной жизни, наполненной честным трудом. Он советовал дочери понять, что их будущее — Лалонд, и это будущее прекрасно.
Под торжествующим взглядом Карла Мэри расстегнула рубашку, а затем взялась за шорты.
На третий день пути вид селений на берегах Джулиффы немного изменился. «Свитленд» миновал Топь Халтайна, и деревни стали появляться на далеком северном берегу. Им не хватало ухоженности предыдущих поселков, здесь было меньше скота и обработанных полей, участки расчищенных джунглей сократились, и деревья, подступающие теперь намного ближе к хижинам, выглядели более внушительно.
Река разветвилась, но «Свитленд» продолжал идти по главному руслу. Движение на Джулиффе заметно уменьшилось. Население местных ферм занималось тяжелой работой, и людям просто некогда было строить парусные лодки. По реке ходили только крупные баржи, в основном доставляющие на городские верфи древесину мейопа, вырубаемого поселенцами. Но к концу первой недели даже баржи остались позади. Привозить в город лес с этих отдаленных участков было попросту невыгодно.
