— Джошуа! Я только что услышал новости. Прими мои поздравления. — Это потряс его руку отец Доминики, Паррис Васильковский. Над его круглым лицом красовалась шапка серебристо-седых волос, но морщин на коже виднелось совсем немного — явный признак наследия генной инженерии, поскольку ему было уже не меньше девяноста лет. — Теперь ты один из нас, богатых бездельников, да? Господи, я едва могу вспомнить, как это было в самом начале. Но одно могу сказать точно: труднее всего даются первые десять миллионов. А потом… никаких проблем.
— Спасибо.
Люди поздравляли его весь вечер. Он был гвоздем программы на этой вечеринке. Новостью дня. После второго брака его матери — с вице-президентом Брандштадского банка — он стал жить на окраине поселения плутократов, занимавшего центр Транквиллити. Те были достаточно гостеприимны, особенно их дочери, называющие себя богемой, а работа мусорщика создавала вокруг него достаточно романтичный ореол, чтобы Джошуа мог пользоваться их покровительством и их телами. Но он всегда оставался посторонним наблюдателем. До сегодняшнего дня.
— Доминика мне говорила, что ты намерен заняться грузовыми перевозками, — сказал Паррис Васильковский.
— Верно. Я собираюсь переоснастить «Леди Мак», старый отцовский корабль, и снова поднять его в космос.
— Хочешь подрезать меня?
Паррис Васильковский владел примерно двумя с половиной сотнями космических кораблей, начиная от маленьких скоростных катеров и заканчивая грузовыми судами в десять тысяч тонн. В его флотилии, занимающей седьмое место в Конфедерации среди частных торговых компаний, имелось и несколько кораблей для перевозки колонистов.
Джошуа посмотрел ему прямо в глаза.
— Да, — ответил он, даже не улыбнувшись.
Паррис кивнул и тоже стал серьезным. Он сам семьдесят лет назад начинал с нуля.
— Ты правильно мыслишь, Джошуа. Зайди ко мне как-нибудь вечером до отъезда, поужинаем. Я тебя приглашаю.
— Спасибо, приду.
— Отлично. — Широкая белая бровь многозначительно приподнялась. — Доминика тоже будет. Ты умеешь выбирать, она отличная девочка. Немного беззаботная, но с мозгами у нее все в порядке.
— Э… да, — выдавил Джошуа, слабо улыбаясь.
«Паррис Васильковский в роли свата! И он считает меня достойным его семьи? О боже! Интересно, что бы он сказал, если бы узнал, что вытворяла его доченька вчера ночью? Впрочем, я достаточно о нем слышал, возможно, он захотел бы присоединиться».
Джошуа заметил на другом конце комнаты Зою, еще одну его случайную подружку; ее платье без рукавов ярко-белого цвета составляло разительный контраст с темной как ночь кожей. Девушка поймала его взгляд и улыбнулась, приподняв бокал. В окруживших ее приятельницах Джошуа узнал еще одну девчонку, ростом пониже Зои, коротко стриженную блондинку в прямой узкой юбке цвета морской волны и свободной блузе. Хорошенькое веснушчатое личико, сужающийся носик с едва заметным загибом на конце и бездонные голубые глаза. Он уже встречал ее раз или два, перекидываясь парой слов, как с подружкой своей подружки. Нейронаноники зафиксировали ее облик и выдали имя: Иона.
Сквозь толпу к нему уже спешила Доминика. Джошуа отпил еще глоток «Слез Норфолка». Казалось, люди телепортируются с ее пути, опасаясь получить увесистый удар плавно покачивающихся бедер. Доминике было двадцать шесть, ростом она почти не уступала Джошуа, а безумное увлечение спортом помогало ей поддерживать великолепную атлетическую фигуру. Прямые светлые волосы спускались у нее до середины спины, почти не прикрытой коротенькой пурпурной блузкой на тонких бретельках, дополненной юбкой с разрезами из какой-то переливающейся серебристой ткани.
— Привет, Джош. — Она плюхнулась на край дивана и, взяв бокал из его несопротивляющихся пальцев, быстро сделала глоток. — Посмотри, что я нашла для нас с тобой. — Она протянула ему процессорный блок. — Двадцать пять разных способов, и все можем попробовать, даже учитывая твои больные ноги. Должно быть забавно. Начнем изучать их сегодня же ночью.
По поверхности блока заскользили призрачные тени изображений.
— Отлично, — автоматически ответил Джошуа.
Он даже не уловил, о чем она толковала.
Доминика похлопала его по бедру и вскочила с дивана.
— Не исчезай. Я сделаю небольшой обход, а позже вернусь и заберу тебя.
— Э, ладно.
А что еще мог он сказать? Он так до сих пор и не понял, кто кого соблазнил в тот день, когда он вернулся из Кольца Руин, но теперь каждую ночь, а нередко и б
Джошуа перевел взгляд на процессорный блок и послал мысленный запрос. Это оказалась программа с подборкой всех возможных позиций для секса в невесомости, где при соитии не требовалась помощь ног мужчины. На экране блока пришли в движение сплетающиеся фигурки гуманоидов.
— Привет.
Джошуа с виноватым видом повернул блок экраном вниз, датавизировал команду на отключение и установил пароль.
Перед диваном, слегка склонив голову набок и невинно улыбаясь, стояла Иона.
— Э, привет, Иона.
Ее улыбка стала шире.
