— Наши демоноборцы ждали такого развития событий, что говорит только об одном: все происходящее — план Лариона. Он точно знал, что демоны придут, и знал, когда их ждать.
— В чем может заключаться план? Разбить демонов на своей территории, где работают бонусы трона? Кстати, какие они у Лариона?
— Скоро узнаете, — усмехнулась Хлоя. — Пока расскажу нашим зрителям о наиболее ярких персонажах. У призванных осталось около четырех сотен бойцов под командованием верховного жреца Лариона и Скифа, который стал неформальным лидером призванных после сегодняшнего фиаско рейда Хинтерлиста. Тем не менее элитное ядро фракции все равно составляют призванные Хинтерлиста. Да, мы потеряли некоторых значимых чемпионов: Полковника, Мирру, Сикриену, Геракса и других — они были развоплощены, пав от рук босса демонов, но остальные все еще в строю, и многие имеют даже больше одной жизни.
— Да, к сожалению, демон Ааз не перестает удивлять, — заметил Октиус. — Наши зрители наверняка помнят ту великолепную…
— Смотрите! — перебила Хлоя. — Армия Скифа отступает к деревне! Это явно продуманный маневр, учитывая огромное численное преимущество демонов. Но если твари из Преисподней думают, что победа у них в кармане, они ошибаются!
Октиус подался вперед, вглядываясь в голограмму.
— Но что происходит вокруг Лариона? Это… Что? Это же не Глашатаи Бездны?
Воздух вокруг верховного жреца Бездны исказился, соткавшись в три колоссальные фигуры, состоявшие из переплетения света и тьмы. Их тела то обретали форму, то растекались подобно дыму.
— Нет, Гай, это
— Демоны продолжают наступление! — Октиус привстал, следя за движением легионов. — Ааз ведет армию прямо в центр образованного
— Он не видит, их видим только мы и призванные, а потому ловушка захлопывается, — удовлетворенно заключила Хлоя. — Дорогие зрители, мы становимся свидетелями исторического момента! Оставайтесь с нами: развязка уже близка!
На голографических экранах армия демонов медленно втягивалась в пространство между тремя растущими
Враг застыл на месте, не пытаясь ни сблизиться со мной, ни атаковать. Это дало нам время осмотреться и выстроиться в боевые порядки.
Сумрачное небо Окаянной бреши, без солнца и звезд, нависало над пустошью надгробной плитой, а редкие искореженные деревья тянули к нему узловатые ветви, словно моля о пощаде. Моросил колючий холодный дождь, в воздухе висел тяжелый запах запустения. Даже в подземном городе демониаков ощущалось больше жизни, чем здесь.
— Подумать только, я ведь считал это небо красивым… — пробормотал Деспот, задрав голову.
Остатки нашего отряда, пробившегося сюда из Гранатового города, окружили меня. Молох и Аваддон заняли фланги, Агварес прикрывал тыл. Горвал выстроил полукругом мою когорту: восемь закаленных бойцов, переживших бойню в Очаге Пустоты, прорыв во дворце Диабло и два дня в Окаянной бреши. Над ними возвышалась массивная фигура Рубина с телом Угар-Намтара на плече — рокотанк подрос, раздался в плечах, подняв свой уровень.
Легионеры, возвращенные к жизни древней богиней смерти, рассредоточивались за нами. Как ни крути, а сегодня им суждено стать пушечным мясом: никто из них не успел прокачаться.
Внизу, у подножия холма, раскинулась заброшенная деревенька. За ней стелилось кладбище, а дальше начинался лес, такой же мертвый и безжизненный, как все в этом месте.
Но между нами и деревней выстроилась армия смертных… это-то меня и смущало. Связано ли их отступление с «предательством» смертных Чистилища? Запаниковали, растерялись и отступили? Или они так себя повели из-за моего боя с Угар-Намтаром? Поняв, что ему угрожает, Скиф-Люций отдал приказ отступить, чтобы принять бой на своих условиях, используя Лариона?
Так или иначе, мы не собирались их недооценивать. На их стороне не только бонусы трона босса и знакомый ландшафт. Им поможет и близкое кладбище, откуда воскресшие смертные смогут сразу вернуться в битву, и привилегии, и скрытые преимущества, выданные им организаторами Игр.
И даже так я заметил кое-что странное. Призванные выглядели не столько уверенно, сколько равнодушно, словно совсем не переживали за результат.
В первых рядах застыла фигура в черных облегающих доспехах — Скиф, а точнее, тот, кто сейчас управлял его телом. Люций. Даже отсюда я чувствовал исходящую от него ненависть, направленную на меня. Его длинные косы-клинки, торчащие из кулаков и локтей, жадно подрагивали, словно предвкушая скорую резню.
