Его соплеменники начали соревноваться в оскорблениях и остроумии, смешивая мое имя с грязью, а у меня отпали все сомнения в том, что Угар-Намтар и Ларион работали в связке. Пока один поддерживал портал, через который можно перетащить всех демониаков со дна Провала на поверхность, другой запер нас, чтобы не мешали союзным фракциям объединиться. И то и другое, очевидно, было особыми способностями боссов фракций. Ларион к тому же находился на своей земле вблизи от трона.
Порадовало только одно: боссу смертных поддерживать купол было непросто, его доброжелательная улыбка сменилась гримасой напряжения.
— Поспеши, демониак! — едва слышно процедил он сквозь зубы, но я услышал. Мое врожденное
Угар-Намтар ему не ответил, только едва заметно ухмыльнулся, и презрение отразилось в его взгляде, брошенном на жреца Бездны. Похоже, их сотрудничество совсем не добровольное, ведь Ларион должен понимать, что все эти демониаки, расправившись с нами, разорвут его подопечных. Впрочем, возможно, те просто сдадутся, отдав победу искаженным демонам Люция. Наверное, с самого начала так и планировалось.
Тем временем демониаки заполняли пространство за пределами купола, сжимая кольцо окружения все теснее. Так мы и стояли: в центре мы, горстка выживших, вокруг нас — мерцающий барьер, а снаружи — стремительно растущая орда врагов. Нас осталось слишком мало после той бойни — несколько десятков ошеломленных демонов, пять-шесть смертных из Чистилища да два древних божества в телах призванных, Морена и Жнец, чьи силы, казалось, иссякли… или вообще оставались «забытыми». По крайней мере, я так и не увидел их в бою.
— Что происходит, Нар’зарат? — Голос Заграза, незнакомого мне беса, дрожал от сдерживаемого страха. — Почему смертные встали на сторону демониаков? Почему среди них Вер’Мамукт? Разве ты не говорил, что уничтожил его?
В первых рядах прибывающих действительно шествовали те, кого я собственноручно отправил в небытие: четырехрукий Вер’Шалох, Вер’Хулат с его характерными фиолетовыми узорами на теле и хренов Вер’Мамукт, в чьем облике совсем недавно я водил за нос демониаков.
— Я точно убил их, — процедил я сквозь зубы. — Всех троих. И никаких дополнительных жизней у них быть не должно.
— И все же они здесь… — пробормотал Заграз. — Но как?
Я прищурился, анализируя ситуацию. После того как Морена сумела призвать тысячи павших легионеров, сам факт воскрешения уже не казался невероятным. У смертных вообще на Играх по три жизни. Но здесь было что-то другое — складывалось впечатление, что в этом месте больше не работают никакие правила. Демонические игры всегда славились справедливостью к обеим сторонам Пакта, но эти, финальные… Ладно, допустим. Другой вопрос: кто это сделал, кто воскресил демониаков? Ларион, Угар-Намтар или кто-то еще? Нет, босс смертных тут явно ни при чем, скорее, это бонус босса демониаков.
Портал Угар-Намтара был невелик, пропускал только по одному демониаку, а они продолжали прибывать. Так что у меня было время отрешиться от напряженного гомона последних демонов и смертных Чистилища, чтобы подумать.
Боль потери ударила по мне очень сильно. Ведь мы — я — деремся не за что-то абстрактное, а за вполне конкретное. Да, раньше легионеры бились в Большой игре во славу доминиона, избрав ратное дело своей профессией, которая обеспечивала их и их родных, гарантируя достойную старость. Но сейчас мы — я — отдаем жизни, чтобы защитить любимых, близких и друзей.
Теперь, когда все они погибли, ради кого мне биться? Ради чего рвать жилы и проливать кровь? Ради незнакомых мне демонов Преисподней и их мифического возвращения в Дисгардиум? А нужны ли они там, где полно и своих, забот и междоусобных войн? И вообще, когда это стало моей проблемой? Достаточно вспомнить, как ко мне отнеслись демоны поначалу: как к эльфийскому отродью, к полукровке, недостойному их уважения. Нар’заратом для них я стал позже…
Может, просто устроить резню, прикончив всех врагов? Я проделывал такое не раз, и даже Астарот и Люций не смогли мне помешать. Неважно, чем все закончится, плевать. Хоть порезвлюсь напоследок, глядишь, удастся стереть с рожи Лариона его гадкую ухмылку! А что, хорошая идея, ничем не хуже других — вырезать всех, до кого дотянусь, как только жрец снимет купол.
Стоп, тупая резня? Бездумная бойня? А где стратегия? Мало было того, что из-за меня погибло столько наших? Да, в ловушку
В это время, когда число прибывших демониаков достигло тысячи с чем-то, портал схлопнулся. И в тот же миг с хрустальным звоном разбился блокирующий купол Лариона.
Отбросив смятение, я активировал
