— Что за чушь?
Женщина резко отпустила ее и обратилась к старшей.
— Проследите за ней, — она кивнула на Алю, — и если что-то изменится, то сразу же, незамедлительно сообщите нам.
— Конечно-конечно, госпожа Ирвин, непременно.
И приемные родители Илы вышли из кабинета.
Когда Аля вернулась обратно в гостиную, то свои работы на столе не обнаружила. Выругалась про себя, потому что знала, что так и произойдет и все равно бросила их тут. Предвещая нехорошее, она поднялась в спальню и увидела, что осталось от ее трудов. Словно большие хлопья снега все тетради и даже черновики были разорваны на мелкие кусочки и разбросаны по полу. Книги, которые она покупала хоть и не на свои деньги, исписаны ее же ручкой, а вырванные из них страницы валялись на кровати и под ней, да и вообще по всей комнате. Завершал картину ветер, дующий через открытое окно. Он поднимал листочки-хлопья, и направлял прямо Але в лицо, словно тоже издевался над ней.
На этот раз Аля не выдержала. Слезы хлынули из глаз. На своих кроватях сидели несколько девочек и с нескрываемым интересом следили за ней. Но Аля ничего не могла с собой поделать. Потому что понимала, времени у кого-то списать просто не будет. Но не это ее тревожило больше всего. Куда пропала Ила? Почему она не звонит? А вдруг случилось то, о чем подумать даже страшно. Она побежала, закрывая лицо руками, вниз по ступенькам.
— Я думаю, она сбежала, видел бы ты ее новых родителей, — Аля наконец уже могла говорить более ровным голосом.
Она пришла к единственному человеку, готовому выслушать ее, который был каким-никаким другом в этом проклятом месте. Вот только друг этот из подвала вызывал у нее вопросы. И она намеривалась их задать.
— А что с ними не так?
— Вроде обычные люди, но во-первых, они представились как муж и жена, хотя похожи как близнецы. Во-вторых, их глаза, никогда не видела таких страшных глаз. А когда она дотронулась, внутри меня все похолодело, — сказала Аля содрогнувшись.
— А тебе не кажется, что ты все это надумала?
— Не кажется, — с нажимом ответила Аля.
— Ну не обижайся. Я просто предположил.
— А что с тобой не так?
— Что ты имеешь в виду?
— Вот опять. Твои выражения, например. Нормальный парень спросил бы меня «в смысле?» или «не понял?» Ты какой-то слишком правильный, что ли. А самое необычное в тебе, ты все время торчишь здесь, в подвале. Я еще ни разу не видела тебя наверху. Если подумать, я вообще тебя не видела! Кто ты такой?
— Не знаю, — наконец произнес он, после долгого молчания.
— Ты просто не хочешь мне говорить?
— Нет, правда, не знаю. Дело в том, что я не помню даже своего имени. Я словно проснулся после долгой спячки. И это место мне показалось таким родным, но в то же время таким чужим. Я не могу этого объяснить.
От его слов у Али пробежал холодок по спине.
— Хочешь, называй меня, — он призадумался, — Митя!
— Ничего не понимаю. Так ты из приюта, Митя?
— И да, и нет. Это вроде и мой приют, где я вырос, но выглядит он совершенно по-другому. Я много ходил по этим коридорам, лестницам. Был в столовой, в спальне, в библиотеку несколько раз заглянул. Но все изменилось до неузнаваемости.
Але ох как не нравился этот разговор. Слишком все странно и непонятно.
— Так что с тобой произошло? Как ты здесь очутился?
— В том-то и дело, что не помню. Но почему-то этот приют меня притягивает к себе, словно дом родной. Наверное, это так и есть, подумал я и остался здесь. Нашел укромное место, где бы мне никто не мешал, где никому бы не мешал я.
— Ты все время здесь живешь? — опешила Аля. — А что ты ешь, где спишь, почему именно здесь в конце концов?
— В подвале так тихо и спокойно. Не знаю сколько времени я тут провел, но однажды увидел вас. Вы проделывали такие невероятные вещи, что опять стал задумываться, куда же я попал.
— Ты видел нас с Илой?
— Да. Тогда вы часто приходили сюда и будили меня. Но потом, уж прости, стал за вами наблюдать.
— То есть шпионить.
— Мне было так скучно. Но ты еще не узнала самого главного.
— И что же ты такого видел невероятного?
— Как вы проделывали всякие вещи. Вчера ты тоже пыталась, но у тебя ничего не вышло.
— Но это же все чушь.
— Отнюдь.
— То есть ты хочешь сказать, что я что-то не так сделала?
— Ты все правильно сказала.
— А вот и нет!
— Я не договорил. Мне кажется, ты просто не до конца верила в то, что делаешь. Нужно попробовать еще.
— Ты думаешь, поможет?
— Да. Я знаю, как тебе помочь. Вы это уже проделывали много раз. Я видел своими глазами.
— Но теперь я ничего не помню. Когда это было?
— Не могу тебе сказать. Я совсем потерял счет времени.
Аля очень хотела бы увидеть лицо Мити, чтобы понять говорит ли он правду или нет.
— И что же произошло?
— Если честно, я не совсем понял, но задняя стенка шкафа открылась, а там лето, хотя на улице шел снег.
— Это и я видела, — задумчиво сказала Аля, — но только во сне. Но как у Илы получилось открыть эту стенку?
— Она сказала: «Я верю».
— И все? — у Али не получилось скрыть разочарование в голосе.
— Я думаю, это не просто слова. Надо по-настоящему верить.
