На это у нее ушла вся ночь, за которую она не сомкнула глаз. Аля чувствовала, как ее сила ослабла, а энергия испарилась. Ей принесли завтрак, но она к нему не притронулась. Она должна еще что-то придумать. Но что? Глаза слипались, но как можно спать, когда на кону тысячи жизней и его жизнь. На завтрак была обычная овсянка на воде и собственно вода, в которой что-то плавало. Первым порывом хотелось плеснуть ее себе на лицо, чтобы хоть немного приободриться. Но вовремя передумала. Ей нужна энергия, чтобы восполнить силу.
Остался последний учебник, из которого Аля узнала, как перемещать предметы. Но его она ни разу не прочитывала от корки до корки, а только выборочно. Аля принялась за дело. Она пыталась найти хоть что-то, что еще может спасти Влада.
Она уже знала, с перемещением предмета та же система, что и с человеком, не работает, его нужно перемещать весь, а не как человека, только душу. В этом и сложность. Но Аля быстро разобралась, что к чему. Сейчас же ей предстояла задачка в разы труднее. Ей пришла в голову мысль, а что если переместить человека, как предмет, полностью? И тело и душу?
И тут она наткнулась на нужную ей главу, но в конце ее ждало горькое разочарование. Люди не предметы, их можно перемещать в будущее или прошлое, но только на несколько часов. Приписка — насколько хватит энергии человеку, обладающему талантом путешественника, удерживать физическое тело. То есть, чем больше его сила и опыт, тем больше сможет удержать. Навсегда вернуть невозможно. Аля от бессильной ярости бросила учебник в другой конец камеры. Но когда успокоилась, она нашла его и продолжила изучать.
После половины книги ее глаза стали слипаться.
«Я посплю, а потом что-нибудь придумаю», — решила она.
Она подскочила как ужаленная. Это был кошмар или у нее правда ничего не вышло.
— Привет.
Рядом сидела Ила, в ее взгляде читался страх.
— Прости, что разбудила, но, — она повернулась на стражника, который сопровождал ее, — ты можешь нас оставить?
— Простите, госпожа, но я и так рискую.
— Принеси мне чистую тетрадь и ручку, — попросила Аля.
— Аля, послушай! — Ила понизила голос, — у тебя что-нибудь получилось?
Аля покачала головой, откуда Ила знает?
— Это очень плохо. На тебя все надежда.
— О чем ты? — до Али дошло, что Ила говорила не о Владе.
— Дугэл собирается послать бурю на Элландию, Аля, наши родители погибнут.
— Не может быть, — голова отказывалась работать, — мы должны сражаться Ила, только так.
— Но как же, разве ты не поможешь?
— Я знаю, кто нам поможет, но она сейчас в институте. Ты должна выпустить меня, — сказала Аля шепотом.
— Не могу — тихо ответила Ила и покосилась на стражника, — ты сама видишь. Дугэл запретил мне даже к тебе приходить, а чтобы выйти из замка вообще и речи быть не может.
— Ладно, — Аля пыталась привести себя в чувство, похлопав себя по щекам, — когда он собирается это сделать?
— Сейчас он спит, набирается сил, чтобы пополнить энергию. Это плохой знак, Аля, он плотно позавтракал и сразу же снова лег спать и, скорее всего, проспит до завтрашнего утра. Все вокруг тает, как и должно, ведь весна, дождя тоже нет, он свой талант вообще не использует, чтобы восстановить силы. Мой садик увядает.
— Хорошо, значит, время есть, мне тоже надо выспаться. Мы сразимся с ним, обещаю. Но для начала принеси мне чистую тетрадь и ручку.
— Зачем?
— Нужно написать письма.
— Сейчас? Ты напишешь их сейчас? — Ила почему-то просияла.
— Ну да, — Аля не поняла, чему так обрадовалась сестра.
— Конечно, уже бегу.
Перед тем, как пришла Ила, Аля уже придумала, что написать. И в какое время отправить. Где ещё она, родители и Влад были вместе, правильно, на её дне рождения. День, когда было произнесено пророчество.
При тусклом свете камеры, приходилось хорошо напрягать зрение, но она писала и переписывала, пока не сочла текст удовлетворительным.
"Мамочка, папочка и Ила, вы наверняка удивитесь этому письму, но его написала вам я, Аля. Я обладаю талантом путешественника во времени. Чтобы доказать вам это, я знаю, что на этом празднике, в честь меня прозвучит пророчество и да, в нём пойдет речь обо мне, я избранная. Но речь не об этом… "
Пока она писала эти строки, до неё дошла одна простая истина. Если она сильно поменяет ход событий, то может и не получить этот самый талант. И что ещё хуже, её как током шибануло, — если бы Влад не умер, она бы так и мыкалась, всё ещё искала себя. Она так и сидела, держа ручку над листом, и тут, одни за другими, стали возникать фразы и факты.
— Так ты сейчас их напишешь?
Фраза Илы, которой Аля сразу не придала значения.
Тогда на балу, Влад спрашивал её про письма, она ещё подумала, что ему пишет какая-то девчонка. Это была она сама. И тут снова пришло озарение, сильнее прежнего, пробегая по всему телу электрическим разрядом. Влад жив. Он все это время был жив.
— У меня все под контролем…
Эхом отозвались его слова.
Трясущимися руками она дописала первое письмо.
