– В шаге от правой ноги Дальвара уже собралась целая куча мерзкой серой плесени, из которой состоит наброшенное на вас заклятие. Она не тает, как это бывает всегда, и это пугает меня, – неожиданно признался дракон. – Это кровавая магия. Запретная. От неё больно и мерзко. Не будь здесь этого человека, я бы уже улетел.
– Значит, это не шутка?
– Ты кем себя возомнил, орк? – вдруг рассердился Тсарган. – Думаешь, трём вождям больше заняться нечем, кроме как над кучкой бродяг шутки шутить?
Дракон сдерживался, но и сейчас его голос гремел, словно отдалённый гром. Сообразив, что ляпнул глупость, Гурдан вжал голову в плечи, но, справившись с собой, тихо ответил:
– Между нашими расами кровь, и мне трудно поверить, что дракон и человек пришли нам на помощь. И если бы не мой родич, я бы ему не поверил.
– Знаю. И только поэтому продолжаю терпеть твою глупость, – ехидно усмехнулся дракон.
Между тем Лёха продолжал трудиться. Уже совсем рассвело, когда парень отбросил паутину, снятую с последнего орка и, тяжело вздохнув, устало опустил руки. Дождавшись, когда ученик Кержака проведёт последнюю проверку, он повернулся к дракону и, указывая на магическую кучу, попросил:
– Попробуй сжечь всё это огнём. Не хочу, чтобы эта дрянь уничтожила лес.
– Отойди, – скомандовал вождь, мысленно подзывая к себе Таруга.
Два дракона, встав бок о бок, высоко вскинули головы и, дружно включив свои природные огнемёты, обрушили на кучу магической паутины шквал огня. Пламя бушевало несколько минут, заставляя кипеть даже землю, а Лёха с интересом наблюдал, как корчится и рассыпается в пламени запретная магия. Когда драконы остановились, от кучи паутины остался только круг выжженной земли. Всё ещё скептически поглядывавшие на Лёху орки, увидев сделанное драконами, молча переглянулись и вопросительно уставились на Картака.
Назвавшись голосом вождя, он сходу становился их временным предводителем и теперь должен был решить, что делать дальше. Понимая, чего от него ждут, но не получив инструкций, ученик подошёл к Лёхе и, пригнувшись, еле слышно прошептал:
– Куда их теперь вести?
– А Кержак что сказал? – быстро спросил Лёха, пытаясь судорожно сообразить, куда девать такую кучу здоровенных буянов.
– Ничего, – растерянно пожал плечами Картак.
– Тогда пусть идут в удел, но встанут лагерем на границе. Кержак сам решит, когда им можно будет встретиться с родичами.
– Я останусь здесь, – подумав, ответил ученик. – Передай учителю, что я буду ждать его приказов рядом с ними.
– Передам, – кивнул Лёха, протянув смелому орку руку.
Объяснять ему, зачем нужен карантин и чего следует опасаться, парень не стал. Гораздо проще будет рассказать это вождю. К тому же опытный маг легко сумеет определить, всю ли паутину они с Картаком сняли.
Между тем сам Лёха считал, что сумел избавить орков от всей паутины. Взобравшись на спину Тсаргану, он громко сказал, обращаясь сразу ко всем:
– Я надеюсь, у нас всё получилось. Когда вы доберётесь до своего удела, старейший сам придёт к вам и скажет, что вам делать дальше. Картак останется с вами. А мне пора возвращаться.
Внимательно выслушав своего спасителя, орки, не сговариваясь, дружно вскинули сжатые левые, от сердца, кулаки и проводили парня грозным боевым кличем. Припомнив, что так орки провожают только военных вождей, сумевших совершить опасное дело, Лёха приложил руку к груди и склонил голову в благодарном поклоне. Дождавшись, когда боевой клич орков стихнет, драконы коротко разбежались и взмыли в небо.
Возвращение в Горы гномов стало триумфальным. Пока драконы размахивали крыльями, Кержак успел связаться со своим учеником по амулету связи и, выяснив, как всё было, встретил Лёху на драконьей площадке. Так теперь стали называть площадку наблюдателей на вершине горы. Едва спустившись с драконьей шеи, Лёха попал в объятия старого орка. Сжав парня так, что захрустели рёбра, Кержак глухо прохрипел осевшим голосом:
– Спасибо тебе, брат. Что бы ни случилось, какая беда тебя бы не постигла, – знай, орки всегда придут к тебе на помощь. Только позови.
– Спасибо, старейший, – устало кивнул Лёха, слабо улыбнувшись. – Теперь бы ещё выяснить, кто и откуда умудрился накинуть на орков эту гадость.
– Я, кажется, знаю, откуда, – осторожно ответил Тсарган.
– Каким образом… тьфу ты, откуда ты узнал? – повернулся к нему Лёха.
– Я запомнил направление, откуда было брошено заклятие, – медленно, словно раздумывая, проговорил дракон. – Я точно знаю место, где ощутил его воздействие, и помню, с какой стороны оно пришло. Думаю, если медленно пролететь в ту сторону, то по остаточным эманациям мы сможем найти место. Но эта задача не для одного. Запретная магия слишком противна, и переносить её вкус одному – слишком сложно.
– А если рядом с тобой буду я? – тут же спросил Лёха.
– Тогда её действие будет ослаблено, – решительно кивнул дракон.
– Как долго держатся остаточные эманации этой дряни? – повернулся Лёха к Кержаку, как к самому опытному магу.
