– Вот и хорошо. Соберите всех своих шпионов и пусть они вам ещё раз всё подробно расскажут. Когда, сколько, чего, сколько раз. А вы всё это запишите и князю перешлите. А уж он Тихому барону передаст. И пусть за этими баронами понаблюдают. Может, чего интересного усмотрят, – попросил Лёха.
– Сделаем, – кивнул Драк.
– Отлично. А теперь самое главное. Нам нужно перебраться через границу незаметно. Раз уж здесь у степняков есть свои глаза и уши, нужно попытаться усложнить им жизнь.
– И как ты это себе представляешь? – растерялся Драк.
– Думаю, уже вся провинция знает, что к этому торговому дому подъехала куча странных грузовиков, – поддержал торговца Груд.
– Да уж, такую колонну не заметить невозможно, – мрачно согласился Лёха. – Но исчезнуть мы должны незаметно.
– И как ты себе это представляешь? – удивлённо повторил за гномом Картак.
– Используем егерей. Пусть договорятся со своими сослуживцами, чтобы на ближайшую ночь нам оставили проезд среди постов на границе.
– И что это даст? – не унимался орк. – Как только соглядатаи поймут, что машин нет, тут же отправят в степь гонца или голубя. Если уж совсем впадать в крайность, используют амулет связи.
– Ну гонца можно перехватить во время перехода границы, голубь может не долететь, а против амулетов есть магия. Ты же сможешь наложить на эту местность какое-нибудь заклятие на пару дней?
– Только на город, – подумав, ответил Картак. – На город и на один день.
– Ну хоть что-то. За это время мы успеем уйти в степь, – вздохнул Лёха.
– А как ты собираешься остановить почтового голубя? – неожиданно спросил Груд.
– Попросим вождя ареала отправить сюда пару молодых драконов. Голубь – птица быстрая, вёрткая, вот пусть и учатся охотиться, – после недолгого молчания ответил парень.
– А ты и вправду голова, – удивлённо встопорщил бороду Драк. – Мне такое ни за что бы на ум не пришло.
– Стараюсь, – усмехнулся Лёха. – Как думаете, получится?
– При таком раскладе один день у нас точно будет, – подумав, решительно кивнул орк.
– А больше нам и не надо. Степь широкая. Пусть ищут.
– Не забывай, что степь для кочевников – родной дом, – проворчал Груд.
– Думаешь, по следам найдут?
– Нет, если пойдём через солончаки. Там земля твёрдая, как камень.
– Дальвар, а мы не слишком торопимся? – неожиданно спросил Картак.
– О чём ты?
– Драконы ещё не нашли точное место и не подожгли степь. И если мы помчимся к косой скале, то налетим прямо на их становище.
– Опять ждать, – устало вздохнул парень.
– Зато будет время как следует подготовиться. А ещё ты ведь сам говоришь, что в нашем деле главное – скрытность.
– Да уж, не хотелось бы влезть в войну со всеми кочевниками этой степи, – мрачно хмыкнул Лёха. – Ладно, значит, на том и порешим. Картак, свяжись с учителем, пусть договорится с драконами. Заодно посмотрят, что в степи происходит на подходах к границе. А пока озадачим егерей. Отправлю их погулять к казармам.
Оглядевшись, Лёха окликнул десятника Анкутана, который уже успел расставить у машин караульных. Внимательно выслушав указания парня, десятник задумчиво почесал в затылке, хмыкнул и, побарабанив пальцами по пряжке пояса, негромко ответил:
– Сделаю. Хотя, признаться честно, большого смысла в этом не вижу.
– О том, что мы сюда примчались, уже вся империя знает. А вот куда мы отсюда денемся, это уже второй вопрос, о котором посторонним лучше не знать, – усмехнулся в ответ Лёха.
– Как прикажете, лэр, – ушёл от полемики десятник.
– Стоп, – резко осадил его Лёха. – Колись, десятник. Что тебе не нравится?
– Если честно, лэр, я и сам не совсем понимаю, что тут не так, – вздохнул Анкутан. – Но вот нюхом чую, вот-вот что-то произойдёт. Знать бы ещё, что именно…
– Знаю, старина. Самому тошно, – в тон ему вздохнул Лёха. – Но останавливаться нам нельзя. Съедят. Пока движемся – живём. Как остановимся – догонят. Кто? Не знаю. Знаю только, что врагов у нас больше, чем человеку надо. Кто-то хочет уничтожить лично нас. А кто-то просто потому, что мы ему мешаем. Точнее, мешаем его планам одним своим существованием. Как-то так.
– И среди них те, кто желает уничтожить империю?
– И они тоже, – усмехнулся Лёха. Не рассказывать же ему, что империя в этой игре лишь разменная монета. Ведь речь идёт о существовании целого мира.
– Нам говорили, что вы уже несколько раз спасли императора от гибели. Это правда? – неожиданно спросил десятник.
«Ну ты нашёл время!» – возмутился про себя Лёха, постаравшись, чтобы на морде не отразилось ни одной эмоции.
– Тебе это так важно?
– Я всю жизнь служил короне. Не императору, не фамилии, а именно короне.
– А в чём разница? – не понял Лёха.
– Императоры меняются, а государство остаётся.
– То есть тебе наплевать, кто сидит на том разукрашенном стуле, главное – чтобы империя существовала? – задумчиво уточнил Лёха.
– Император – только маленькая часть империи. Они приходят и уходят. Рождаются и умирают. А земля, то, что является сутью империи, остаётся.
– Как-то всё это заумно звучит, – хмыкнул парень.
– Это наша присяга. И ещё ни один егерь сознательно ей не изменил, – с гордостью ответил Анкутан.
