Алистер слышал, что сзади его преследует не меньше десяти человек. Подбежав к своему костру, он моментально нагнулся и схватил ножны с мечом и лежавший рядом шлем, бросив кинжал на землю. В дни, когда сражение могло наступить в любой момент, паладины предусмотрительно закрепляли подшлемник внутри шлема и оставляли забрало открытым. Чудом надев шлем без заминок и задержек, он взял свой меч за рукоять и встал наизготовку.
Первый удар по преследовавшему его дикарю паладин нанёс мечом в ножнах, сбив того с ног. Сделав финт над головой, Алистер сбросил ножны, оголив холодный небесный клинок; лезвие угрожающе блеснуло в свете костра. Ножны пролетели в воздухе несколько шагов и ударились в одного из преследователей. Паладин встал спиной к костру так, чтобы нападающие, которые бегут из тёмного леса, были вынуждены смотреть на него против света, что давало ему тактическое преимущество. Зная, что у дикарей нет какой–либо защиты, он стал технично размахивать своим мечом, используя дистанцию удара, чтобы доставать нападающих кончиком клинка. Стараясь не терять инерцию после удара, Алистер высекал одного дикаря за другим; каждый кто появлялся в свете костра, падал после быстрого движения небесного клинка.
Схватка длилась не дольше тридцати спокойных вдохов, и за это время меч поразил около двадцати человек. Ударив последнего, Алистер увидел, что на него больше не спешат нападать. Он моментально развернулся и в несколько шагов приблизился к своему оруженосцу, который с трудом противостоял одновременно трём нападавшим. Возле Станислава уже лежало двое зарубленных дикарей — первые кто напал на него. Паладин подбежал и также профессионально вырезал всех, кто находился рядом с оруженосцем. В пылу боя он почувствовал удар в броню и последующий за ним вскрик Станислава. Алистер повернул голову и увидел стрелу в грудине своего протеже, которую оруженосец с перепуга выдернул и бросил на землю. Алистер сообразил, что эта была та самая стрела, которая только что попала в его броню и, срикошетив, воткнулась в стоящего рядом оруженосца.
— Ты в порядке?! — крикнул паладин своему слуге.
— Не знаю! — с ужасом в голосе ответил Станислав.
— Держись за мной!
Раздался новый лязг металла и очередная стрела отскочила от латной юбки.
Алистер кинул взгляд в сторону основного бивака, откуда доносились пронзительные крики бойцов из его отряда. Дикари старались брать славиземцев в плен, применяя в основном дубины, молоты и целясь в конечности. Завид всё ещё держался на ногах, сжимая в руках топорик и круглый щит, которыми он владел как продолжениями своих рук, методично и легко поражая одного нападавшего за другим. Капитан стоял левым боком к большому костру спиной к спине с кем–то из своих сержантов.
— Завид! — крикнул что есть мочи Алистер.
Капитан повернул голову вправо, посмотрев своему командиру прямо в глаза.
— Бегите, командир! Мы проиграли сражение! Бегите! — твёрдо, безапелляционно прокричал Завид.
Капитан не мог позволить себе больше слов, вернувшись к схватке.
Алистер видел, что из сложившегося положения выхода нет — противник превосходил его отряд числом раза в три, если не в четыре.
Паладин толкнул своего оруженосца, который стоял к нему спиной и защищал тыл, и дал рукой команду следовать за собой. Алистер трусцой побежал на восток от бывшей дороги, откуда в него время от времени летели стрелы. Сплошная тьма скрывала врагов от его взора, но интуиция подсказывала ему путь и паладин решил полностью доверить себя ей.
Сделав три шага во тьме, он услышал где–то слева впереди шорох возле дерева. Не дожидаясь ответа разума, он наугад нанёс удар во тьму и почувствовал, как его клинок зацепил что–то мягкое самым кончиком, а потом ударился в дерево. Сразу после удара раздался громкий вопль, и паладин понял, где лежит поверженный враг. Пройдя ещё немного, раздался глухой удар дерева о броню, и паладин тут же рубанул наискосок сверху вниз в предполагаемое место противника. На этот раз клинок с глухим стуком встретил на своём пути что–то твёрдое, в чём и застрял. Алистер знал, в чём застревали с таким стуком мечи — череп. Паладин потянул меч к себе и оттолкнул ногой человека, высвобождая клинок.
Станислав шёл сзади след в след, постоянно озираясь по сторонам, держа верхнюю кромку щита возле подбородка — именно так его учили в Ружанском замке.
Алистер широко шагал по лесу, как внезапно сзади раздался глухой удар двух тел и одновременный с этим придавленный возглас оруженосца. Полагаясь на предчувствие, паладин без раздумий нанёс рубящий удар с разворотом и ощутил, как клинок вошёл в широкую часть тела, разрубая рёбра. Выдернув меч, он пнул незримого во тьме противника ногой и тот с характерным вздохом и кряхтением свалился набок.
— Вставай быстрее! — крикнул паладин своему оруженосцу и почувствовал, как тот схватился за его наголенник и, опираясь на щит, быстро поднялся на ноги.
— Спасибо, мастер. — сквозь тяжёлое дыхание пролепетал Станислав.
— За мной.
