Дю Геклен полностью

Именно маршал Арнуль д'Одрегем возглавил переговоры, потому что он был наиболее осведомленным, отмечает Кювелье. Он недвусмысленно выдвинул два условия: коллективное отпущение грехов для двенадцати тысяч негодяев и 200.000 ливров на расходы экспедиции. Кардинал был потрясен: с отпущением грехов — нет проблем, ответил он, но что касается денег, то тут я ни в чем не уверен. Затем Дю Геклен вмешался, но уже менее дипломатично:

То есть, мы можем заставить их молчать, только если им заплатят. Кардиналу передали коллективное требование, которое соответствовало содержанию предыдущей речи Дю Геклена, и отослали к Папе. Последний был возмущен, ведь здесь кающиеся должны были платить, чтобы получить отпущение грехов, а эти,

Но солдаты начали грабить окрестности и пришлось подчиниться, с жителей Авиньона был взыскан налог, чтобы не трогать казну церкви, а полученные деньги были доставлены капитанам компаний. Узнав о том как папские власти получили эти деньги, Дю Геклен пришел в ярость и, по словам Кювелье, разразился яростной антиклерикальной тирадой:

Поэтому он отослал деньги обратно, приказывает вернуть их горожанам и взять требуюмою сумму из папской казны.

Этот эпизод явно является плодом воображения Кювелье. Дю Геклен не был столь щепетилен в вопросах происхождения средств и не был противником практики папского двора, как он хотел бы, чтобы мы думали. Многочисленные документы, изученные Карлюсом-Барре, доказывают, что он не испытывал угрызений совести, выпрашивая церковные льготы для своих друзей, следуя общепринятой практике во все времена. Что касается 200.000 ливров, то это была сумма, давно предусмотренная соглашениями между Папой и королем о финансировании крестового похода; она была собрана путем наложения церковной десятины на духовенство Франции, к которой добавлялся доход от десятины с Комта-Венесена.

После двухнедельной стоянки в Вильнёв-ле-Авиньоне, получив деньги, Compagnie blanche в середине ноября снова отправилась в путь. Хотя его не беспокоило происхождение полученных им средств, Дю Геклен по-прежнему был обеспокоен своевременностью выплат. Чтобы его миссия увенчалась успехом, наемникам нужно было вовремя платить. Но их было не менее двенадцати тысяч. Двухсот тысяч ливров хватило бы ненадолго. Поэтому, желая быть уверенным в следующем спонсоре, Педро Церемонном, короле Арагона, он послал в Барселону сеньора Сентонжа Фуко д'Арчиака, чтобы попросить подтверждения следующей выплаты сумм, предусмотренных соглашениями с адмиралом Перильосом. Педро IV обещал все и даже больше.

С такими гарантиями можно было двигаться вперед. Первые отряды, во главе с Робертом Брике прибыли в Монпелье 5 ноября, затем подошел гасконец Браш-де-Фер со своими солдатами и другие. 29-го числа прибыл сам Дю Геклен. Chronique de Montpellier (Хроника Монпелье) называет его "мессир Бертран де Клакин, бретонец, граф Лонгевиль, главный капитан всех рот французов, англичан, немцев и многих других". При этом буржуа Монпелье одолжили ему крупную сумму, чтобы завершить оплату войск.