Большие трудности в деятельности Дюбуа создавали не только нападки расистов. Это были открытые враги, — удар с их стороны мог быть нанесен к любой момент, и Дюбуа был всегда готов к этому. Но немало сил и энергии отнимали и междоусобные бои, борьба внутри самого негритянского движения.
В 1915 году скончался Букер — Вашингтон, борьба против которого занимала важное место в деятельности радикальных кругов негритянского движения. А уже на следующий год в Соединенные Штаты прибыл
Гарви родился в Британской Вест-Индии, на Ямайке в 1867 году. По профессии он был печатник и уже в восемнадцать лет заведовал небольшой типографией, но мысли молодого печатника были далеки от его скромной профессии Гарви с молодых лет проявлял огромный интерес к негритянскому движению не только в Вест-Индии, но и во всем мире. В 1914 году он основал на Ямайке Всемирную ассоциацию по улучшению положения негров (ВАУПН), которой суждено было оставить заметный след в развитии негритянского движения в США.
Когда Гарви переехал в 1916 году в США, он перевел туда и штаб-квартиру своей организации, которая на американской почве быстро окрепла и приобрела очень большое влияние. Параллельно с укреплением ВАУПН рос и авторитет ее генерального секретаря, который быстро превратился в известного негритянского лидера.
Маркус Гарви был очень невзрачен на вид низкорослый, толстый, с угольно-черной кожей И резким контрастом с этой невыразительной внешностью был острый ум, пламенный темперамент, блестящие ораторские способности этого лидера негров.
В 1919 году в США было 30 местных отделений ВАУПН, а к 1921 году, по данным руководства этой организации, уже насчитывалось 418 зарегистрированных отделений на местах и 422 отделения, находившихся в стадии формирования. О количестве членов ВАУПН точно судить трудно, ее руководство жонглировало цифрами в несколько миллионов человек. Это было саморекламой, и не очень убедительной, но бесспорно одно — эта организация оказывала в первые годы своего существования большое влияние на негритянское движение. Что же касается членства, то цифры его были несравненно скромнее.
Дюбуа в 1923 году считал, что в ВАУПН было только 18 тысяч членов, плативших членские взносы. «Но, — писал Фостер, — каково бы ни было действительное число членов Всемирной ассоциации по улучшению положения негров, остается бесспорным, что эта организация пользовалась огромной популярностью в негритянском народе… Гарви, как никто со времен реконструкции и популистского движения, сумел привести в движение миллионные массы негритянского народа».
Деятельность Гарви получила широкий резонанс и далеко за пределами США, у него были многочисленные последователи в Африке, Вест-Индии, Центральной Америке, которые направляли своих делегатов на съезды ВАУПН.
Причина огромной популярности движения, возглавлявшегося Гарви, заключалась отнюдь не в выдающихся личных качествах его руководителя. Гарви развернул знамя своего движения в период, когда резко усилился расистский террор, когда брожение среди широких масс негритянского народа искало выхода в каких-то конкретных мероприятиях, направленных на улучшение положения негров. Программу таких действий и выдвинул Гарви. Эта программа отнюдь не отличалась прогрессивностью, была нереальна, но Гарви умел подать товар лицом, броско, ярко, захватывающе. Он был блестящим мастером массовой политической агитации, и то, что он делал, не могло оставить окружающих равнодушными.
Важную роль сыграла и победа великой революции в России, разбившей царскую тюрьму народов, показавшей пример всем угнетенным народам в борьбе за подлинное решение национального вопроса. Сыграло свою роль и то, что Гарви очень умело воспользовался тем глубоким недовольством, которое было среди негров, консервативной политикой НАСПЦН и других негритянских организаций.
Негры рвались в бой, нужны были новые методы работы, новые лозунги, на что оказались не способны консервативные лидеры негритянского движения. Гарви очень удачно уловил момент и настроение негритянских масс и выдвинул боевую программу, соответствовавшую наступательному духу негров. «Черное крестьянство, — писал один публицист, — толпой идет за Гарви. Оно боготворит его. Оно чувствует, что Гарви говорит такие вещи, которые негры сознают, но не могут выразить сами. Его зажигательные речи собирают огромные массы людей. Негры жертвуют ему свои деньги. Они готовы пойти за него в огонь и воду. Он стал кумиром для них — этот черный Демосфен».
