Объявили посадку, и молодожены направились к стойке регистрации. Через несколько минут самолет взмыл вверх, поднимаясь все выше и выше. Впрочем, они и без того были на седьмом небе от счастья. Фаина от сознания того, что любит и любима. Вовка – потому что впервые возвращался в столицу уверенным в своем будущем. Теперь он не просто парень из провинции – он законный муж коренной москвички, и теще волей-неволей придется его принять. Главное закрепиться. Потом – он не сомневался в этом – сможет найти себя в этом большом и богатом городе.
– Что? Уже вернулись? Ну, проходите… – неожиданно для новобрачных без тени радости на лице приветствовала их Светлана Ивановна, открыв дверь квартиры.
Фаина настолько соскучилась за эти дни по маме, что не обратила внимания на неловкость. А вот Вовка не мог не заметить, что ему не рады. Однако его все же пропустили пройти. Уже что-то! Шаг на пути к цели сделан. Сейчас все зависит только от него. Он включил все свое обаяние на отметку «максимум». Однако привычные методы покорения дам бальзаковского возраста тут не действовали. Теща его будто не замечала и поначалу практически с ним не общалась. На самом деле она наблюдала за зятем и делала для себя соответствующие выводы. Профессия врача скорой помощи научила ее хорошо разбираться в людях. Зять ей не нравился. Она чувствовала в нем фальшь. Но пока он вел себя почти безупречно. Светлана Ивановна решила вывести его на чистую воду. Улучив момент, когда они остались наедине, спросила его о том, что волновало ее больше всего:
– Как, где, а главное – на что жить думаете?
Фаина вышла в коридор ответить на телефонный звонок. Звонила подруга. Мама знала, что это надолго. Вовка понял: наступило время главного экзамена на звание зятя.
– Поживем-увидим. Не переживайте – не пропадем! – заверил он тещу.
– За тебя я вовсе не переживаю, – У Светланы Ивановны перехватило дух от возмущения, – А за дочь боюсь. Что ты – без образования, постоянной работы, собственного жилья, неизвестного роду-племени можешь ей дать?
– Все это дело наживное… – нараспев проронил Вовка.
– Да?! – изумилась мама супруги, – Что же до сих пор не нажил?
– Возможности не было. Думаете, так просто в столице обосноваться? Сами знаете, с кого пришлось начинать, – набиваясь на жалость и сочувствие, промямлил тот.
– Боюсь, приблизительно тем же и закончится, – сделала вывод Светлана Ивановна.
– Вам сложно меня понять, потому что сами никогда не были в моей ситуации, – эта реплика Вовки прозвучала, словно обвинение в адрес тещи.
– Да нет, дорогой. Я как раз таки слишком хорошо тебя понимаю! – заверила его мама супруги, поднимаясь из-за стола, – Возможно, даже больше, чем ты сам себя понимаешь. В любовь твою неземную не верю! Почему-то девушка поскромнее в своем Задрыпинске тебя не прельстила. Запомни, ты здесь, пока моя дочь тебя любит, а я дорожу ее чувствами. Упаси тебя Бог обидеть ее хотя бы раз в твоей никчемной жизни! Вернешься туда, откуда прибыл! Уяснил?!
– Зачем Вы так, Светлана Ивановна? – Вовку речи тещи задели и рассердили не на шутку.
– Если ты действительно любишь мою дочь, значит, должен подняться до ее уровня. То есть – получить образование, устроиться на хорошо оплачиваемую работу, чтобы она и мои внуки никогда ни в чем не нуждались, – наконец, Вовке были предъявлены определенные требования.
– Я и сам к этому стремлюсь! – заверил ее зять.
– Что же тогда поступать в институт летом не стал? – не поверила ему собеседница.
– Почему «не стал»? Поступил! На заочное отделение экономфака. Но понял, что не мое, и бросил, – Вовка тактично умолчал о том, что устроил его туда по блату несостоявшийся тесть. После того, как он нарушил условия договора и не стал жениться на милой, но нелюбимой Женечке, разумеется, не могло быть и речи о продолжении учебы.
– А кем бы ты хотел быть? – смягчилась строгая собеседница.
– Не знаю еще. Меня фотоискусство привлекает. Может быть, выучиться на фотокорреспонедента?.. – мечтательно проронил Вовка.
– Так и быть, я тебе помогу ради дочери, – мать супруги неожиданно проявила участие. – У меня есть знакомый на факультете журналистики. Лучший друг покойного супруга. Ты свои работы приготовь. А я его на днях в гости к нам приглашу. Если увидит в тебе хоть искру таланта – возьмет к себе, если сможет.
– Я об этом даже мечтать не мог! – Воскликнул Вовка, – Спасибо Вам, Светлана Ивановна! Вы лучше, чем хотите казаться! Я же вижу…
– Конечно, моя мама самая лучшая на целом свете! – согласилась с мужем вернувшаяся на кухню Фаина, бросив на мужа укоризненный взгляд. – А кто-то еще в этом сомневался…
– Что ты, милая, ни капельки! Самую восхитительную девушку в мире могла воспитать только лучшая женщина на свете, – успокоил ее Вовка.
– Я так рада, что вы наконец-то стали находить общий язык! – Фаина облегченно выдохнула и одарила обоих улыбкой, – За это нужно выпить! Предлагаю белое столовое вино… Нет, лучше шампанского! Вовка, сгоняешь за ним в магазин? Душа праздника требует!
