– Вы к к-ко-кому? – приподнялся он с кресла. – Ж-ж-жен-н-ны н-н-н-нет дома… В-в-вы по по-по-пово-во-во-ду-у-у к-к-комн-н-н-наты?
Фаина прижалась к мужу еще сильнее, решив, что он ошибся дверью. Несчастный алкоголик едва его не спалил, но Вовка не растерялся.
– С утра а уже нажрался! Эх, ты! Все никак меня запомнить не можешь? Пить меньше надо. Кстати, познакомься, Колян! Эт моя женушка – Фаина…
Мужичок обалдел от того, что незнакомец назвал его по имени. Действительно что ли жилец прежний? Но голова после вчерашнего загула категорически отказывалась соображать, и он отбросил это неблагодарное дело.
– Бу-бу-будем з-з-з-накомы! – Колян уронил голову на грудь, изображая галантность. Как бы он ни был пьян, все же сумел разглядеть в новой жилице интеллигентную особу и хотел произвести на нее впечатление.
Фаина робко кивнула в ответ и с мольбой посмотрела на мужа. Тот поймал взгляд, и сердце его радостно заколотилось. «Подожди, ты еще главного не видела…» – думал он, предвкушая то впечатление, которое произведет на жену эта комнатушка. С видом циркача он повернул ключ в амбарном замке, на который закрывалась дверь, и пригласил ее пройти. Жена нырнула туда, спасаясь от чудовища в семейных трусах. Обстановка комнаты не вызывала оптимизма: старые прокуренные насквозь пожелтевшие обои, высокое окно без занавесок, наполовину заклеенное газетами, стол с грязной посудой, паутина по углам, неопрятного вида диван, на который присесть противно, не то что спать…
– Как ты здесь жил? – наконец, проронила Фая.
– Да, не царские хоромы. Я предупреждал! – ответил на это несколько разочарованный Вовка. Он ожидал совсем другой реакции супруги. Но Фаина пока держалась стойко. Жаль, не было времени досмотреть цирк с переездом до конца. Он был уверен, что вернувшись с работы, жену здесь уже не застанет, – Ладно, ты тогда устраивайся тут. А мне пора. Клиент важный должен прийти. Говорят, вредная особа, не любит, когда ее заставляют ждать. Буду поздно, ложись спать без меня…
И ушел, оставив ее наедине с царившим вокруг беспорядком. Неприятно, но что делать?! Надо приводить это жилище в божеский вид… Спрятав чемодан в шкаф, она переоделась и отправилась к хозяевам просить ведра, тряпки и веник для того, чтобы произвести в комнате генеральную уборку. Она начала с того, что сорвала пожелтевшие газеты с окна, и в комнате сразу же стало светлее и радостнее. На стенах заиграли солнечные зайчики, отбрасываемые зеркальной поверхностью воды в ведре. Затем она стала срывать старые обои со стен. На звук рвущейся бумаги прибежала озадаченная хозяйка покоев.
– Ты что тут творишь? – накинулась на жилицу Кузьминишна.
– Не видите что ли – обои срываю, – спокойно ответила Фая, продолжая стягивать со стен легко отстающую бумагу.
– А новые кто клеить будить?! Ты что ли?! – вопила гром-баба, подстегиваемая чувством чудовищной несправедливости.
– А кто же еще… – устало отмахнулась от нее Фая, – Вы, я вижу, лет двадцать, если не больше, ремонт здесь не делали…
– Кто тут живет, пусть и делает… – сердито отстаивала свою точку зрения хозяйка покоев.
– А что тогда крик подняли? – теперь возмутилась Фаина. – Мне тут жить – я и обои переклею.
– Если только так… – оттаявши, но все еще по привычке сердито согласилась с ней Кузьминишна. – А обои-то купила уж?
– Пока нет. Не думала я, что муж в таком сарае комнату снимает. Но Вы не переживайте, сейчас полы домою, и схожу куплю. И не только их. Краски бы не мешало взять – окна покрасить, и ковер какой-нибудь на пол. Не по холодному же ходить… – рассуждения новой жилицы поставили ее собеседницу в тупик: с таким ходом мыслей своих постояльцев та сталкивалась впервые.
– Только это, учти, за комнату будешь платить стоко, за скоко договаривалися, – предупредила она Фаину и, не переставая ей удивляться, отправилась восвояси, – Ишь кака – обои ей не таки… Прынцесса выискалася…
