Дюна полностью

Она зажала ладонью рот и подумала: Я все-таки успела внедрить чувство страха в мозг Джамиса. Возможно, это замедлит его движения… хоть немного. Если бы я только умела молиться — искренне молиться!

Поль теперь уже стоял один — в кругу. На нем было бойцовское трико, которое он носил под защитным костюмом. В правой руке он держал ай-клинок, босые ноги стояли на присыпанном зернистым песком камне. Айдахо не уставал снова и снова предупреждать его: «Когда ты не уверен в поверхности, лучшее дело биться босиком». В сознании ярко горели наставления Чейни: «После выпада Джамис всегда уклоняется вправо. У него такая привычка — мы все это видели. Еще, он всегда смотрит в глаза — выжидает момент, когда ты моргнешь, чтобы ударить. И он умеет драться любой рукой — внимательно следи за его ножом».

Но больше всего сил придавало Полю чувство, что тело его хорошо натренировано, что реакции у него на уровне инстинкта, что все это вбивалось в него день за днем, час за часом на полу тренировочного зала.

На память пришли слова Джерни: «Хороший фехтовальщик думает о лезвии, острие и защитном кольце одновременно. Острием можно еще и резать, а лезвием — колоть, а завитками на защитном кольце можно поймать меч противника».

Поль посмотрел на ай-клинки. На защитном кольце не было завитков — оно просто прикрывало руку выгнутыми вверх лепестками. Еще он подумал, что не знает, прочно ли это лезвие, может ли оно сломаться.

Джамис начал осторожно придвигаться к левой половине круга, где стоял Поль.

Поль присел, вспомнил, что у него нет щита и что он привык драться, ощущая вокруг себя его тонкое поле. Приучен защищаться с молниеносной быстротой, а зато нападать с точно просчитанной замедленностью — чтобы проникнуть сквозь щит противника. Несмотря на постоянные предостережения наставников, что он не должен зависеть от привычки инстинктивно замедлять скорости атаки, он понимал, что она вошла ему в плоть и кровь.

Джамис выкрикнул положенный ритуалом вызов:

— Пусть твой клинок расколется и рассыпется в прах!

Значит, этот нож может сломаться, подумал Поль.

Он отметил про себя, что у Джамиса тоже нет щита — но ведь вольнаиб-то никогда им и не пользовался, у него нет навыков фехтования со щитом!

Поль через разделявшее их пространство всматривался в Джамиса. Его тело напоминало сухой скелет, обвязанный узловатыми веревками. В свете поплавковых ламп ай-клинок отливал молочной желтизной.

Страх пронзил Поля. Он почувствовал себя обнаженным, совершенно одиноким в кольце чужих людей. Предвидение дало ему представление о бесчисленных возможностях, обо всех завихрениях мощных потоков будущего, о стройных логических цепочках, с помощью которых можно управлять событиями. Но перед ним было реальное сейчас. Перед ним была смерть, сплетенная из бесконечного множества роковых случайностей.

Он понимал, что любая мелочь может определить будущее. Кто-то кашлянет в толпе наблюдателей, мигнет поплавковая лампа, упадет обманчивая тень.

Я боюсь, сказал сам себе Поль.

Он начал описывать медленный круг вокруг Джамиса, повторяя про себя бен-джессеритское заклинание: «Страх — убийца разума…» Это подействовало на него, словно холодный душ. Он почувствовал, как расслабились мышцы, стали послушными и готовыми действовать.

— Я омою мой нож в твоей крови, — прошипел Джамис. И еще не договорив последнего слова, прыгнул.

Джессика увидела его движение- и едва удержалась от крика.

Там, куда приземлился вольнаиб, была только пустота, воздух, а Поль уже стоял позади Джамиса, почти вплотную к его обнаженной спине.

Ну, давай, Поль, давай, мысленно закричала она.

Движения Поля были рассчитанно медленными и удивительно изящными, но все же такими медленными, что дали Джамису возможность изогнуться, отпрянуть назад и развернуться через правое плечо.

Поль отпрыгнул и низко присел.

— Ты сначала доберись до моей крови, — сказал он.

Джессика заметила его навыки бойца со щитом и подумала, что это палка о двух концах. Благодаря молодости и тренировке, реакции мальчика были отточены до такой остроты, которой здесь и не видывали. Но его манера атаковать тоже была следствием тренировки и определялась необходимостью проникнуть сквозь силовой барьер. Щит отразит любой слишком быстрый удар и пропустит только медленный обманчивый выпад. Нужны были ловкость и умение, чтобы проникнуть сквозь щит.