– Моя судьба решена, – сказал он, – я должен вернуться. Пока я рядом с тобой – ты в смертельной опасности, потому что они ищут меня. Если сейчас обнаружат нас вместе – меня всего лишь схватят, а тебя убьют без всякой жалости. Они прочесывают улицы, так что из города нам не выбраться. Да и идти некуда – за стенами мороз быстро убьет нас обоих. А я хочу, чтобы ты жила.
Он вытер слезы на ее щеках и поцеловал в последний раз.
– Прощай.
Повернувшись, он вышел на улицу, спокойно вернулся к Городу Воинов и сам отдался в руки стражи, которая сразу привела его на суд к Хешу. Приговор того был коротким – поступить с вором и убийцей по закону. А закон ашфартов гласил, что преступление против своих братьев по оружию – это бесчестье, смыть которое сможет лишь кровь преступника. Впрочем, у обвиняемого был выбор – быть публично разрубленным ударом палача перед воротами Города Воинов, навеки опозорив себя и всю свою семью, или же уйти из жизни самостоятельно, «отдав тело ветру Уфтар». Осужденный ашфарт выбрал второе.
Тот воин, который желал добровольно уйти из жизни, снимал свой стальной нагрудник и оставлял свое оружие. Затем он облачался в одежды из алых лент, в которые раг`эш одевают умерших, и начинал готовиться к смерти. Каждый день он, ждал, пока с севера не подует холодный ветер, который раг`эш называют Уфтар. Почувствовав его холодное дыхание, он отправлялся на смерть.
Над Ашхакаром до сих пор есть скала, столь высокая, что подъем на ее вершину по узкому серпантину занимает немало времени. Поднявшись на узкую площадку, нависающую над городом, воин в последний раз просил прощения за свои преступления. Затем он распускал ленты своих одежд, подходил к краю обрыва и делал шаг в пустоту. Северный ветер подхватывал его тело и относил прочь от города, к черному бездонному провалу, на дне которого он и встречал свою гибель. Но в те несколько минут, пока он летел в холодных струях ветра, бьющиеся в ледяных потоках алые ленты превращали его в подобие пылающей звезды, несущейся с небес. Это была достойная смерть – страшная и прекрасная одновременно. Она оправдывала преступника перед всеми. О его желании «отдать свое тело ветру Уфтар» оповещали город на площади у святилища Подземного Огня, дабы все, кто услышит эту весть, знали, что отныне он чист перед своим народом.
Раг’эше услышала, как ашфарты на площади громко возвестили о том, что тот, с кем она в слезах рассталась несколько часов назад, сделал свой выбор. С трудом она поднялась с одеяла и, еле передвигая ноги от горя и слабости, тяжело побрела к двери.
– Х’аффа Эшге, хеттаке… – тихо шептали ее губы. – Помоги мне, Эшге. Ты единственный, кого я теперь могу просить о помощи. Мне нужно лишь немного времени. Чуть больше сил, чтобы выйти на улицу и пройти через город. Я смогу убедить вождя в его невиновности. Вождь справедлив – он поймет меня.
С трудом она добралась до окна. Вытянув ленту, которой были перевязаны волосы, она перебросила ее наружу, придавив конец камнем. С замирающим сердцем раг`эше посмотрела за окно – и заплакала от облегчения. Край ленточки трепетал, безошибочно указывая на то, что вопреки всему, посреди зимы вдруг подул теплый ветер с юга.
Теперь каждое утро, просыпаясь, раг’эше бросала свой первый взгляд за окно – на колышущуюся на ветру ленточку. И каждое утро ее лицо озаряла улыбка – ветер продолжал дуть с теплой стороны, не меняя своего направления. На улице заметно потеплело. Даже снег чуть просел, словно пришла весна. С каждым днем к больной возвращались силы. Она уже передвигалась по дому, пусть еще без прежней легкости, но уже достаточно уверенно. И каждый день она просила: «Эшге, молю, подари ему еще один день».
– Комендант Скелл!
Хиетт вздрогнула от неожиданности. Через придорожные кусты на дорогу продрался мокрый с ног до головы всадник.
– Мы осмотрели окрестности. Никаких следов того, что там есть кто-то посторонний, нет. Такие же старые стоянки, давно брошенные. Провигаемся дальше в лес?
– Нет, возвращаемся домой. Передайте всем.
Солдат кивнул и его пэва снова скрылся в кустах.
– Я уже догадываюсь, чем закончится твой рассказ, Хиетт. – Эльдрик повернулся к ней. – Но, честное слово, лучше бы приберегла его для Фремм. Девочки ее возраста обожают истории про трудную любовь со счастливым концом.
– Возможно, знай вы конец этой истории, вы бы думали иначе.
– Вот как? – Эльдрик развернул своего пэва. – В таком случае, продолжай.
Они не спеша двинулись обратно к городу. Вечер наступал быстро и в лесу уже темнело. Хиетт осмотрелась по сторонам и вернулась к рассказу.
Много дней дул теплый ветер с юга. Раг`эше верила, что это Эшге услышал ее просьбу и помогает ей. Это действительно было так. Повелитель огня, упросил Сэйго, своего брата, управлявшего ветрами, изменить на время их обычное течение, чтобы дать ей возможность выздороветь окончательно.
