Из главы 1 мы узнали о различии между возможностями, видимыми возможностями и означающими. Под возможностями понимаются потенциально возможные действия, но их легко обнаружить, только если они поданы наглядным образом: это видимые возможности. Понять, какие действия возможны, людям помогает такой компонент видимой возможности, как означающее. Но как человек переходит от восприятия той или иной возможности к пониманию того, какие действия он может совершить? Во многих ситуациях это происходит за счет договоренностей.
У дверной ручки есть видимая возможность — за нее можно схватиться. Но мы можем запомнить, что это дверная ручка и ее используют для того, чтобы открывать и закрывать двери. Это культурный аспект дизайна — ручки и штанги, которые расположены на дверях, помещены туда, чтобы помочь нам открывать или закрывать двери. Те же самые устройства на стенах означали бы что-то другое: они могли бы обеспечивать поддержку, например. Но мы понимаем, что они помещены туда заведомо не для того, чтобы открыть стену. То, как мы понимаем видимую возможность, зависит от культурной договоренности.
Условности, или договоренности, — особый вид культурных ограничителей. Например, приборы, которыми люди едят, строго определяются культурными ограничителями и договоренностями. В различных культурах используются различные столовые приборы. Где-то в основном едят пальцами или с помощью куска хлеба. Где-то используют сложные столовые приборы. То же самое можно сказать почти обо всех аспектах поведения, которые только можно себе представить, начиная с одежды, которую люди носят, и заканчивая тем, как человек обращается к старшим, равным и подчиненным; это относится даже к порядку, в котором люди выходят из комнаты. То, что будет правильным и подходящим в одной культуре, может считаться невежливым в другой.
Хотя условности и помогают нам в новых для нас ситуациях, само их наличие препятствует изменениям: давайте посмотрим на лифты с контролем пункта назначения.
Кажется, что управлять обычным лифтом совсем несложно. Нажмите на кнопку, зайдите внутрь, поезжайте вверх или вниз, выходите. Но мы столкнулись с целым рядом забавных дизайнерских вариаций этого простого взаимодействия, и у нас возник вопрос: зачем это было сделано? (Из Portigal & Norvaisas, 2011.)
Это высказывание двух дизайнеров, которых так возмутили изменения в системе контроля лифтов, что они написали об этом целую статью, полную жалоб.
Что могло вызвать такое возмущение? Был ли виноват плохой дизайн или, как предполагают авторы статьи, совершенно ненужные изменения хорошо работающей системы? Вот что произошло: авторы столкнулись с новой договоренностью относительно того, как действует лифт, — это был лифт с контролем пункта назначения. Многим людям (и мне в том числе) эта система кажется более продвинутой по сравнению с той, к которой мы все привыкли. Ее основной недостаток состоит в том, что она отличается от старой. Она нарушает установившиеся договоренности. Нарушение договоренностей может очень сильно раздражать. Вот история появления этих лифтов.
Когда в конце 1800-х годов в зданиях установили первые «современные» лифты, в них всегда сидел лифтер — оператор, который контролировал скорость и направление движения лифта, останавливал кабину на нужном этаже, открывал и закрывал двери. Люди входили в лифт, здоровались с оператором, говорили, какой этаж им нужен. Когда лифты стали автоматическими, договоренности остались прежними. Люди входили в лифт и сообщали лифту, на какой этаж им нужно, нажимая определенную кнопку внутри лифта.
Это довольно неэффективная стратегия. Большинство из вас, наверное, сталкивались с ситуацией, когда лифт переполнен и каждый человек хочет ехать на свой этаж. Это означает, что люди, которым нужно на верхние этажи, будут ехать очень долго. Лифт с контролем пункта назначения группирует пассажиров таким образом, что те, кто хочет подняться на один и тот же этаж, поедут на одном лифте: загрузка пассажиров будет произведена таким образом, чтобы добиться максимальной эффективности. Правда, группировать пассажиров разумно лишь в зданиях с большим количеством лифтов, таких как большие отели, офисные здания или многоквартирные жилые дома.
