— Господи… — Клаус закатил глаза и ударил по кнопке, отвечающей за закрытие внутренних створок шлюза.
Внутри замигал индикатор и пошёл обратный отсчёт. Примерно за минуту автоматика откачает из камеры воздух и скинет давление до нуля, чтобы людей не выбросило, как снаряды из катапульты.
Сальв быстро натянул шлем и показал моему напарнику средний палец. Рокси, которая уже давно была готова к выходу, криво ухмыльнулась и, щёлкнув карабином, закрепила страховочный трос на скобу внутри корабля.
— Как слышно, приём? — спросил инженер, проверяя связь.
— Нормально, — ответил Клаус и, показав в небольшое окошечко большой палец, активировал открытие внешних дверей.
Хорошо, что оба успели привязаться. Давление ещё не достигло нулевой отметки, отчего Сальв с Рокси вылетели в пустоту. Инженер разразился отборной бранью, на что Клаус расхохотался. Я тоже хмыкнул, но скорее ради приличия, а затем отвесил приятелю подзатыльник.
— Идиот, — констатировал я. — Дуй в трюм и следи за показаниями.
— Не, ну а чё он⁈ — возмутился Клаус. — Все уши прожужжал. Вот ведь одно и то же, одно и то же…
— Двигай, пока я тебе не добавил, — пригрозил я и направился на мостик.
Отсюда мы могли наблюдать за работой инженера. Видео передавалось с камеры на скафандре и отображалось на одном из экранов. Здесь же мы видели его жизненные показатели. В общем, могли контролировать весь рабочий процесс.
А я снова задумался о странности космического пространства. По сути, наши сапёры сейчас висели вниз головой, если смотреть относительно нас. Вот только они этого не замечали и плавно продвигались по дну катера к его носовой части. И если нас на ногах удерживала искусственная гравитация, то они сохраняли устойчивость только благодаря магнитным подошвам.
— Мы на месте, — доложил Сальв. — Открывайте трюм.
— Принял, — ответил Квадр. — Открываю на три, два, один…
Он ткнул пальцем в один из мониторов, и по корпусу катера прошла лёгкая вибрация. На экране я увидел, как часть днища отошла в сторону, запуская внутрь корабля космический холод. Не прошло и секунды, как раздался голос Клауса:
— Абсолютный ноль, — отрапортовал приятель. — Можете приступать.
Сальв молча запустил лазерный резак и склонился над носовой частью. Я ожидал увидеть разлетающийся сноп раскалённых искр, но этого не произошло. Корпус остывал практически мгновенно, лишь небольшая красная точка виднелась в месте, где лазер проникал в обшивку.
Прошло не менее двадцати минут, прежде чем Рокси отделила первый кусок при помощи магнитного держателя. Сальв снова приступил к резке, а девушка поплыла в сторону открытого трюма, куда и забросила металлический прямоугольник. Когда мы закончим, его нужно будет установить на место.
Девушка вернулась обратно и, вооружившись сабельной пилой, принялась вырезать теплоизоляционный материал. При комнатной температуре он выглядел как желе, но на космическом холоде превратился в жёсткий пластик. Собственно, благодаря ему Сальв без опаски среза́л внешнюю обшивку. Сложности начнутся, когда он доберётся до внутренней.
— Чёрт, — выругалась Рокси. — Бомбу устанавливал настоящий профи.
— Что там? — спросил Квадр, переключив изображение на её камеру, и сам же ответил: — Да уж, приятного мало.
— А для необразованной части экипажа пояснения будут? — поинтересовался я.
— Смотри, — указал на монитор пилот. — В этот узел приходят все рёбра жёсткости. Бомба расположена прямо над ним.
— Так мы вроде это знали, нет?
— Скорее догадывались, но надеялись на лучшее.
— Так мы сможем её удалить или как?
— Не нарушив целостность корпуса? Точно нет.
— Ну мы вроде и не собирались никого брать на таран, — пожал плечами я.
— Боюсь, здесь всё немного сложнее, — снисходительно улыбнулся Квадр. — Долго объяснять, не бери в голову. Сальв, дружище, скажи: ты сможешь отделить внутреннюю обшивку, не затрагивая фермы?
— Не уверен, слишком большая площадь нагрева, — отозвался инженер и снял второй прямоугольник внешней обшивки. — Но я постараюсь их восстановить.
— Надеюсь на тебя. Очень не хочется, чтобы нас разметало на атомы в подпространстве.
— А разве нас не защищает магнитное поле? — спросил я.
— Да, но не всё так просто, — всё-таки пустился в объяснение Квадр. — Мы развиваем сверхсветовую скорость только за счёт изменения гравитационных полей. То есть перед нами открывается что-то типа чёрной дыры, которая тянет за собой корабль. Защитное поле удерживает целостность конструкции, чтобы мы не превратились в струну. Это как буксировка на тросе, понимаешь?
— Я не идиот и прекрасно знаю, как работает гипердвигатель.
— Прекрасно. Тогда представь, что с нами будет, если этот трос закрепить на тонкую жестянку. Ну, это я так, образно…
— Я понял: щит просто не справится, и у нас оторвёт носовую часть.
— Именно. Тот, кто это сделал, был очень хорошо знаком с конструкционными особенностями судна.
— Так, я у внутренней обшивки, — прервал наш трёп Сальв. — Клаус, как там с температурой?
— Всё ещё ноль, — ответил приятель. — Можешь приступать.
— Сальв, — остановил инженера Квадр, — всё же попробуй не трогать рёбра.
