От хлынувшего потока воды Кейт заморгала, в миг промокнув. Она медленно поднялась за спиной Владимира, прижимая к себе полную кепку муравьев, не обращая внимания на то, как те ползут по ней, заползая под одежду, на кожу, вызывая неприятный зуд на теле и желание стряхнуть с себя.
Владимир снова заорал на медведя.
Зверь хищно метнулся вперед, выпуская длинные когти и опуская по косой лапу.
Кейт тоже рванулась вперед к уклоняющемуся Владимиру и швырнула точно в морду мини-муравейник из кепки.
Медведь с диким воем отшатнулся от них, задев когтями руку Владимира и предплечье Кейт. Мужчина схватил девушку и оттащил ее на несколько метров от замотавшего головой из стороны в сторону зверя. Тот опустился на четыре лапы, отбежал на несколько метров к мешку с тушкой зайца, схватил добычу и, больше не делая попыток приблизиться, удалился с поляны.
— Ты цела? — со страхом спросил он встающую с земли девушку, содрав с плеча рубашку и осматривая порез.
— Царапина, — выдохнула она, еще судорожно цепляясь за него и крепко сжимая пальцами мужские руки.
Рукав Владимира на правой руке по локоть пропитался кровью. Он улыбнулся ей, сгреб и поцеловал перепуганную Кейт в лоб. Обнимая ее, едва давая дышать, прижимая к себе. Даже под проливным ливнем она слышала, как громко бьется чужое сердце, тяжело вздымается грудь.
— Какая ты все-таки непослушная, — засмеялся он, не отпуская и целуя в мокрую макушку. — Нужно обработать рану.
Кейт накрыла первая волна нервной дрожи.
Мужские ладони обхватили ее лицо, развернули его к себе. С радостным возбуждением он принялся рассматривать, как по красивым скулам текут струйки воды. Они опускались по изящной шее и собираются в маленькие потоки у вздымающейся нежной груди.
— Почему ты все время поступаешь по-своему?
Зрачки Кейт расширились, глаза казались бездонно-бирюзовыми.
— Потому что я все время нужна тебе, — смущено прошептала она, не отводя взгляда.
Владимир покачал головой, убирая мокрые локоны с лица. Время замедлило обычный ход. Кейт нутром почувствовала, что они только что перешли еще одну невидимую грань.
— Вся дрожишь.
Мужские руки обвили ее талию и, притянули к себе, Владимир наклонился, прикасаясь к ее губам, раздвигая своими. Мягко проникнув внутрь рта Кейт, язык ласково терся, прося, требуя ответа. Она вздрогнула и обвила шею руками, прижалась, неуверенно отвечая на поцелуй, вкладывая в него все напряжение, копившееся эти дни, прильнув к сильному телу, ощущая сквозь мокрую ткань одежды напрягшиеся мускулы пресса, бедер и исходящий горячий жар, стремление овладеть ею целиком и безраздельно.
Голова Кейт закружилась, ей захотелось большего. Разум захлестнуло чувственной волной наслаждения. Эфемерное чувство непередаваемого счастья переполнило разум, и она прижалась, зарывшись пальцами в мокрых волосах на затылке Владимира, со страстью отвечая на поцелуи, зажигаясь от ласкающих мужских рук, гладящих тело от спины до бедер, вжимающих ее в себя и заставляющих забыть обо всем на свете.
Дождь продолжал лить, как из ведра, когда они наконец остановились, оторвавшись друг от друга, возбужденно дыша, чувствуя взаимное сексуальное влечение. Владимир оглядел результаты совместных усилий. Глаза и щеки Кейт горели, соски, затвердев, обольстительно торчали сквозь одежду, от вожделения и проливного дождя четко обозначившись, дыхание сбилось.
— Пошли, а то мы простудимся, — сказал он, беря Кейт за руку и возвращаясь к самолету.
Пока они шли, ливень продолжал накрывать их холодным потоком, земля под ногами мгновенно разбухла, идти по вязкой жиже становилось все труднее. Они изменили маршрут возвращения, так что при подходе к самолету остановились у места, где похоронили Макса.
В мокрых комьях коричневой грязи торчали обглоданные кости ног, кое-где виднелись куски человеческой плоти. Кейт с ужасом смотрела и не верила. Он присевшего на корточки и осматривающего место осквернения. Сил сдержать рыдания у нее не нашлось.
— Так вот почему он нападал… — произнес он, вставая и серьезно глядя на Кейт. — Пошли.
Они двинулись в лагерь. Небо, наконец, высветлялось.
— Мы зашли на его территорию, а теперь он попробовал человечину, — продолжал говорить он, как будто для себя.
— Что это значит?
— Возможно, он будет снова нападать.
— Что будем делать? — от перспективы повторной встречи у Кейт побежали мурашки по коже.
— Переждем ливень, высохнем и двинемся в путь. Кажется, скоро закончится.
— Но он же может пойти за нами.
— Только по своей территории.
Они пришли в лагерь и, забравшись в хвостовую часть самолета, сели в кресла, ожидая окончания дождя. Кейт смотрела на носовую часть самолета, поливаемую сверху дождем, на сырую потемневшую землю, на молодой желтый сосняк и не верила глазам. Второй день в тайге, и никто пока их не нашел. Быть такого не могло, чтобы отец не искал.
Владимир принес чистую ткань от второй рубашки и драгоценную бутылку водки, сел рядом, протягивая Кейт.