– Да ещё шестнадцать пятидесятифунтовых орудий, – продолжил Мешков, – и ещё сколько-то поменьше. Нам всяко хватит. Вот почему задача такая: сейчас отдыхать, а в бою будем действовать наскоками, чтоб не попасть под ядра с бомбами и дать отдохнуть подносчикам. Наши гранаты могут задать жару, будьте уверены! Ещё вопросы? Неболтай, Пятаков, Оглоблин – остаться, остальным р-р-разойтись!
Казачок, в отличие от матросов, догадался, зачем он зван, но сохранил непроницаемую физиономию.
– Приписной Неболтай, ваша первая задача: обучить заряжающих набивке лент пулями. Вторая: если придётся бить по пароходу, то целиться по верхней части колеса. Там колёса сверху укрыты кожухом из тонкого железа, его ваши пули пробьют без труда. Разбить одно колесо – и корабль, считай, вдвое потеряет в боевой силе. Если парусник… слушать команду, конечно, а без неё лучше бить по мостику. Оставь корабль без офицеров – сами понимаете, что будет. Но броненосцы не трогать, наши пули их бортовую броню не возьмут. – Князь нарочно обращался на «вы» из желания подчеркнуть авторитет.
– Так точно, понятно! – От волнения Фрол ответил чуть невпопад, но Мешков сделал вид, что не заметил этого. – Разрешите предложить? – Сказано было совершенно не по уставу, но начарт опять пропустил нарушение мимо ушей.
– Предлагайте.
– Пускай ребята набивают пули в трюме, а ещё один человек передаёт готовые ленты на палубу через люк. Чтобы на всякий случай. Я-то лежу за скорострелкой… – Не было сказано вслух, что лёжа набивать ленту трудно, если вообще возможно, а сидящий подвергается намного большей опасности при обстреле.
На губах у Мешкова мелькнула тень одобрительной улыбки, но казачок её углядел.
– Изрядно замечено, приписной. Так и сделаем. И последнее: как весь запас пуль расстреляете, немедленно в трюм, будете помогать подавать гранаты. Всё ясно?
– Так точно!!! – На этот раз устав был соблюдён.
Хорунжий действовал расчётливо.
Он, зная, что сразу два корабля идут на опасное дело, предположил, что те вернутся с известным количеством раненых, то есть у Мариэлы прибавится работы. Но сейчас, в условиях затишья, на ней лежало только поддержание конструктов, и это не отнимало много времени и сил.
Неболтай приоделся в самый лучший наряд, выстиранный и выглаженный. Блеск начищенных сапог прямо слепил, тем более что солнце светило по-летнему. По его мнению, задача была трудной, но выполнимой.
Тактическое чутьё и умение мгновенно принимать верное решение не подвели. Казак увидел, насколько сердечна была улыбка Мариэлы, когда она его заметила. Он не упустил сияющего взгляда серых глаз. И пластун решился сломать план разговора:
– Машенька, милая, выходи за меня! Вот крест: я тебя так любить и нежить буду! А?
Ответ был ожидаемым:
– Тут думать надо. Хорошо думать… – Но продолжение оказалось неожиданным. – И думать будем вдвоём. Закрой дверь, коль не в труд.
Молодая женщина заговорила настолько гладко, что Неболтай твёрдо уверился: она сама уже крепко обдумала предложение.
– Загвоздка не в религии. Я с благочинным Александром говорила уже и креститься согласна…
Казак не смог сдержать радостной улыбки.
– …Тут дело в другом. В моей профессии. Ты уж, наверное, сообразил: долго моя защита не продержится. Год, если повезёт. И с момента, когда щит угаснет, я кончусь как доктор. Без магии моя ценность… сам знаешь какова. Другими словами, мне надо перебираться обратно на Маэру. И я очень хотела, чтобы ты был со мной.
Влюблённый с нежностью взял маленькую ручку милой в свою лапищу, но решил ничего не говорить.
– В тебе и есть загвоздка. Даже не знаю: кем бы ты мог стать там, у меня на родине.
Неболтай не выдержал:
– А уже имею мысли. Твой командор говорил, что там имеются… ну, вроде наших пластунов. Я бы мог их обучать.
– Кхм…
– А ещё ты сама ведь сказала, что у меня есть способности. Учиться надо будет, ну так упорной работой не напугаешь.
– Всё говоришь правильно, но… будет кое-что, не зависящее от нас. Ты ведь захочешь нашими детьми перед родителями похвастаться, верно? А возвращение – на время, понятно – не от нас будет зависеть.
Казак подавился словами. С ответом он собрался не сразу.
– Я бы похвалился и детьми, и жёнкой тож. А ты так уверена, что дети…
– Тихон, милый, я маг жизни, забыл? Рожу двойню от тебя. Мальчика и девочку. Правда, с ними будет… не так просто.
В тот момент слова явно были лишними. Но уши казак использовал вовсю.
– Я получила письмо от наставницы, как раз вчера. Ну, её мысли о лечении ранений и контузий – это сейчас не ко двору. Но вот что она ещё написала. Обычно у магов не бывает детей-магов, это известно. Но наставница отыскала способ. Для этого и отец, и мать должны потерять магические способности и в этом состоянии зачать ребёнка. Вот так наставница себе сделала двойнят. А потом – пожалуйста, восстанавливайся. Теперь понимаешь?
Любой разведчик должен уметь думать быстро: это способствует не только успешной карьере, но и выживанию. Неболтай исключением не являлся.
– Унтер-офицер Синяков?
