Длинные тени полностью

На последних словах взор ее потупился, а рука слегка задрожала, заметил Декер.

– В ту ночь агент Секретной службы видел нечто такое, что, скажем так, радикально переменило его жизнь, – пояснила Уайт. – С той поры его стало не узнать.

– Агент Секретной службы? – с испуганным видом переспросила Феллоуз. – То есть из свиты Рейгана?

– Да.

– Не хотите же вы сказать, что президент…

– Нет, конечно, нет, – заверил Декер. – Рейган был в постели задолго до этого, в окружении команды охраны. А упомянутый агент сменился с дежурства. Некоторые из его коллег отправились поужинать и выпить, а он не пошел. Остался в отеле.

Феллоуз задумалась.

– И именно тогда, по-вашему, он увидел нечто необычное?

– Да. – Декер внимательно вглядывался в нее. – Но раз вы не покидали номера и ничего не видели, пожалуй, вы не сможете помочь нам…

– А это означает, – подхватила Уайт, – что виновные в расследуемых нами недавних убийствах, пожалуй, останутся на свободе.

– Значит, теперь вы пытаетесь вызывать у меня чувство вины, чтобы разговорить? – Феллоуз строго взглянула на нее.

– Мы пытаемся докопаться до истины, – ответил Декер.

Еще раз отхлебнув кофе, женщина поглядела на свежий маникюр.

– В ту ночь я была очень возбуждена после знакомства с президентом и всего прочего. – Она подняла глаза, пытаясь понять, как они отреагировали на это. – И уснуть мне было нелегко.

Декер заерзал всей своей массой на крохотном сиденье, предугадывая, что она пытается сделать.

– И когда не смогли уснуть, что вы сделали?

– Я могла бы выйти в коридор и… погулять немного, подышать свежим воздухом.

– И, наверное, увидели… что-то? – встряла Уайт.

– Как выглядел этот агент Секретной службы? – вдруг спросила Феллоуз.

Достав из кармана телефон, Декер вызвал файл и показал ей фото куда более молодого Канака Роу с веб-сайта его компании.

Поглядев на него, она кивнула.

– Да, похож на человека, которого я видела в ту ночь. Во всяком случае, мне так кажется. В конце концов, это случилась много лет назад, – с легким намеком на вызов добавила она. – Память не безупречна, знаете ли.

– Да, я знаю, – сказал Декер, заставив Уайт бросить на него удивленный взгляд. – Что он делал?

Феллоуз внезапно оцепенела, прикрыв глаза, и затрясла головой.

– Мне правда не хочется переживать это заново. Ни к чему ворошить прошлое. Ничего хорошего из этого не выйдет.

– Понимаю, это нелегко, мисс Феллоуз. – Уайт подалась вперед. – Искренне вас понимаю. Но некоторых людей могут несправедливо счесть виновными в убийстве, и их ждет тюрьма, а то и что похуже, если мы не докопаемся до самого дна. А то, что вы скажете, останется строго между нами. Нам просто нужна информация, вот и всё.

Достав из кармана салфетку, Феллоуз промокнула глаза. И через несколько секунд проронила:

– Я… я услышала разговор на повышенных тонах, доносившийся из номера.

– Вы слышали, о чем шла речь? – спросил Декер.

Она тряхнула головой.

– Но дверь была чуть приоткрыта. Я… заглянула в щелку.

– Что вы увидели в комнате?

– Этого агента и другого мужчину… и женщину. Молодую женщину.

– Что они делали?

– Он… – Она отвела взгляд и утерла глаза салфеткой. – Я правда забыла это. А теперь приходите вы и бередите всё снова… Теперь это уже не имеет ни малейшего значения.

– Это имеет значение, – возразил Декер. – Громадное значение для некоторых. Фактически достаточное, чтобы убить. И я не думаю, что вы хоть когда-либо это забывали. Вы просто не хотели думать об этом больше никогда. Потому что рисовавшаяся вам картина было чересчур пугающей.

Она содрогнулась.

– Неужели действительно есть невиновные, которые отправятся в тюрьму столько времени спустя?

– Срок давности на убийства не распространяется, – напомнила Уайт.

– О боже! Не могу поверить, что все это всплыло, чтобы ужалить меня в зад… – Она несколько секунд смотрела на залив, прежде чем снова повернуться к ним и негромко произнести: – Они… заворачивали ее в… простыни.

– Она была мертва? – спросила Уайт.

– Я не… не знаю, но, думаю, да. Она не шевелилась. И выглядела… обмякшей.

– Кто был второй?

– По… по-моему, он работал на…

– Входил в избирательный штаб вашего отца? – подсказала Уайт.

– Да, но имени его я не знала. Черт, да я даже не уверена, что он работал на отца. У него был просто такой вид.

– Они вас не видели? – поинтересовалась Уайт.

– Нет. Я очень тихонько заглянула в узкую щелочку.

– Значит, они заворачивали тело? – с напором произнес Декер.

Закрыв глаза, Феллоуз уронила голову на грудь.

– Они… они сунули ее в чемодан. Я… я убежала, пока… они меня не видели.

– Значит, вам неизвестно, что они с ним сделали?

– Нет.

– Вы узнали женщину?

Феллоуз тряхнула головой.

– Можете ее описать? – попросила Уайт, доставая блокнот и что-то там черкая. – Понимаю, это было уже давно…

Феллоуз негромко, не поднимая глаз промолвила:

– Чернокожая, лет за двадцать, длинные черные волосы, стройная, довольно красивая даже после… смерти. И она… была голая.

– Вы увидели все это через щелочку? – скептически поинтересовалась Уайт.

– Ну, может, приоткрыла чуть больше…