По совместному решению, принятому князем Дмитрием и владыкой Арсением, в Смоленск тайно, по другой дороге, неведомой татарам, еще в первый день прихода незваных гостей, был послан гонец с двумя вооруженными охранниками и запасными лошадьми, чтобы уведомить князя Ивана о вражеском вторжении.
– Надо так вести сражения, чтобы избежать тяжелых потерь, – думал, раскачиваясь в седле, князь Дмитрий. – Только бы Иван Александрыч не разгорячился! Я знаю о его крутом нраве! Возьмет и накинется на нас со всей своей силой! А тогда случится жестокая битва, которая обернется для нас вечной ссорой!
Степное воинство шло почти без остановок, делая кратковременные привалы лишь для приема пищи, и только однажды в темную беззвездную ночь татары решили отдохнуть и переночевать в своих сборных кибитках.
Русские воины, наученные частыми поездками в Орду, тоже разбили палатки, но выспались далеко не все: ополченцы, никогда доселе не ночевавшие зимой в поле, несмотря на усталость, только еще больше измучились и с радостью встретили рассвет.
– У меня очень плохое войско, – думал, глядя вперед через голову своего верного вороного коня, брянский князь. – У моих людей даже припухли глаза! Эти ополченцы совсем не годятся для грозных битв…
В это время из-за степных холмов выскочили татарские разведчики. – Росэлэ-бузург перед нами! – крикнул их предводитель, подскакав прямо к темникам. – Там нет ни воинов, ни других людей!
Мурза Голутай, переглянувшись с Чиричи, поднял руку. Войско остановилось.
– Любопытно, что мы едем по безлюдью! – пробормотал он. – Нет ни имущества, ни пленников! Неужели кто-то их предупредил? Что ты на это скажешь, Дэмитрэ?
– Ничего здесь удивительного нет, славный воин! – ответил брянский князь. – Здесь, на нашей земле, даже камни имеют уши! И даже глаза! Нет сомнения, что смоляне узнали о нашем походе! Но откуда?
– Ладно, якши, – буркнул мурза Чиричи. – Пошли тогда в этот Росэлэ! А когда доберемся до Смулэнэ, тогда добудем и пленников, и пожитки! – И по мановению руки старшего полководца Голутая татарская конница вновь помчалась вперед.
Рославль встретил степных завоевателей тишиной пустого города: татары не встретили ни одной живой души. Городские ворота, распахнутые настежь, качались на ветру и скрипели своими петлями. В домах также не было людей. На воротах одной городской усадьбы висел тяжелый замок, и татары, войдя в город, сразу же сбили его топорами. Но напрасно они осматривали большой богатый дом и соседние постройки: никакого имущества не было, и лишь из-под печки скулил жалкий, брошенный хозяевами, щенок.
– Эти злые урусы убежали! – возмущались татары. – Везде пусто и нет пожитков! А значит, нужно сжечь этот бесстыжий город!
Однако татарские военачальники решили иначе. – Нечего поднимать шум и разжигать огонь! – заявили они. – Пошли же быстрей на Смулэнэ!
Но лишь на следующее утро татары, выдержав непрерывную скачку, вышли, наконец, к Смоленску.
– Этот злосчастный город уже близко! – сказал, возвратившись из разведки, все тот же татарский военачальник, неутомимо уходивший со своими воинами вперед. – Готовьтесь к сражению!
– Ну, что ж, – кивнул головой темник Голутай, – тогда пошли на жестокую битву!
– И надо подогнать пороки, – буркнул мурза Чиричи, – чтобы приставить их к стенам!
И войско, повинуясь взмаху правой руки своего старшего полководца, стремительно выскочило из-за леса.
Дело происходило как раз при восходе солнца. Яркие малиново-красные блики окутывали таинственным холодным светом стоявший на горе большой город. Снег искрился всеми цветами радуги, и остановившиеся в полуверсте от Смоленска воины с восхищением и каким-то суеверным страхом смотрели перед собой.
– Это недобрый знак! – сказал Голутай, вновь остановив свою конницу. – Золотой Бог закрыл своей рукой этот город!
– Почему ты так считаешь, брат? – усмехнулся Чиричи. – Нет никакого Бога, кроме Аллаха! И это – священный знак для всех правоверных! Сам Аллах благословляет нас на славную битву! И никто не сможет опровергнуть эту истину!
Вдруг откуда-то со стороны города раздался призывный сигнал боевой трубы. Затем звук повторился, и послышался какой-то шум. Городские ворота широко распахнулись, и из города медленно выехало большое конное войско. Всадники, казавшиеся издалека игрушечными, решительно продвигались вперед, в сторону стоявших в версте от них врагов, и спокойно выстраивались в большие шеренги, образуя полки.
– Может прямо сейчас напасть на наших врагов, – предложил темник Чиричи, – и разрушить их еще не установившийся строй?
– Не надо! – отмахнулся внимательно следивший за происходившим Голутай. – Пусть себе строятся! Будет неплохо, если все они разом выйдут из города! Тогда мы перебьем всех воинов и без пощады разграбим богатый Смулэнэ! Кому тогда их защищать? А так лишь напугаем урусов, и они вернутся назад, в свой хорошо укрепленный город! И нам достанется долгая, нелегкая осада…Вон какой большой холм! Город стоит очень высоко! К таким стенам непросто подкатить пороки!
