После этого разговора князь Дмитрий как-то сгорбился, помрачнел и едва не утратил интерес к жизни. Все реже и реже он ездил на охоту и поздно вставал с постели, возлежа со своей возлюбленной, ставшей княжеской ключницей, бывшей атаманшей Яриной. – Я даже не знаю, есть ли у меня друзья! – жаловался князь епископу Иоанну. – Москва принялась за свои старые козни, ордынский царь требует все больше и больше серебра, а Литва уже похоронила меня! И все беды из-за того, что у меня нет наследника! – Но у тебя есть брат Василий, – успокаивал князя владыка. – Он – достойный наследник! Пусть не говорят, что он старик! Ему немногим больше пятидесяти…Понятно, что не молод, но еще в силе!
– Надо ехать к брату в Смоленск! – пробормотал князь Дмитрий. – А также проведать престарелого Ивана…Ему вон, сколько лет, а меня, я думаю, переживет! Заодно поговорю с ним о Литве! Известно, что он задолго до меня подружился с литовцами! А какой с меня союзник? Я до сих пор не расплатился за дружбу Гедимина! А может, объявить наследником этого Романа Молодого? Ладно, съезжу в Смоленск, а там будет видно! – И князь, не взирая на конец ноября, стужу и сырость, не обращая внимания на слова бояр и священников, выехал в Смоленск.
Князь Иван Александрович встретил своего брянского соседа настороженно, помня про неприятности, вызванные покойным Иваном Московским и связанные с князем Дмитрием. Но задушевные беседы и откровенные разговоры брянского гостя наедине с ним и с боярами постепенно успокоили престарелого князя, и он «потеплел душой».
Великий смоленский князь уже давно не ездил в Орду, а лишь посылал туда с «выходом» своих бояр. Рассказы князя Дмитрия о новых порядках в Сарае и поведении хана Джанибека рассмешили его. – Пора бы нам объединиться, – молвил он решительно, – и навеки покончить с татарской данью! У нас только один надежный союзник – великий князь Ольгерд! Только с ним мы можем выстоять против татар!
– Но я сейчас не доверяю Литве, – возразил брянский князь, – хотя помню о дружеском приеме, который мне оказал великий князь Гедимин. Одно время я считал его сына Ольгерда своим другом…Но вот недавно узнал, что литовцы уже похоронили меня! – И он рассказал о словах приезжавшего в Брянск карачевского боярина и о свадьбе в Козельске.
Князь Иван внимательно выслушал Дмитрия Романовича, но ничего предрассудительного в козельских событиях не нашел. – Я не вижу ни угроз тебе, ни обид от славного Ольгерда, – задумчиво молвил он, – а вот о наследнике пора бы подумать. Пусть ты не настолько стар, как я, но все же и не юноша…Поговори со своим братом Василием. Наследников мы всегда найдем! Если не согласится Василий Меньшой, тогда уговорим моего младшего сына – Василия Большого! Я вот жду людей от Ольгерда. Тогда мы с ними поговорим и узнаем, что думает о тебе великий литовский князь…Поживи здесь и немного потерпи.
Князь Василий Романович, брат Дмитрия Брянского, с радостью принял его в своем смядынском тереме-замке.
– Ты здесь достойно отдохнешь, мой родной брат, и побываешь на моей добычливой охоте! – сказал он, целуя и обнимая брянского князя. – Скоро похолодает, и мы сможем ходить за звериными шкурами!
– Я приехал сюда не на отдых и развлечения, – сказал, улыбаясь, князь Дмитрий, – а по серьезному делу! Надо готовить завещание!
– Неужели ты собрался умирать?! – буркнул князь Василий. – К чему такая спешка?
– Умереть можно всегда, – покачал головой брянский князь. – Поэтому надо быть готовым ко всему! Лучше скажи, ты хочешь быть моим наследником?
– Не хочу, – опустил голову князь Василий. – Ни мне, ни моему сыну Ивану не нужен брянский «стол»!
– Почему? – поднял брови брянский князь.
– Хлопот много, а радости мало! – пробормотал князь Василий. – Этот Брянск никому не принес счастья! Да, город большой и богатый! Туда нужен…видный князь! А я – не подойду!
– Что ж, тогда придется завещать мой удел Роману Молодому! – мрачно промолвил князь Дмитрий. – Однако послушай, что говорили на Романовой свадьбе в Козельске…
Князь Василий сидел рядом с братом на мягком татарском диванчике и, слушая, качал головой. – Да, – сказал он, когда его брат замолчал, – я вижу, что наглые литовцы уже похоронили тебя! Ну, если так, я согласен быть твоим наследником! Можешь писать свое завещание!
Две недели пробыл князь Дмитрий у брата и отменно отдохнул, проводя все дни на охоте, а ночи – в жаркой постели. Зная пристрастие брянского князя к красивым женщинам, Василий Романович посылал к нему каждую ночь все новых девиц.
Князь Дмитрий еще бы долго пребывал в гостях у брата, если бы не смоленский посланец, приехавший за ним. – К нам приехали важные литовцы, – сказал тот, – и великий князь зовет тебя на встречу с ними!
