Обновление руководящих кадров стало одним из наиболее эффективных инструментов сталинской политики. Пример Дмитрия Устинова – тому классическое подтверждение… Сегодня мы точно можем сказать, за редким исключением, ситуация, при которой талантливый юноша с периферии, без влиятельных родителей, полезных связей и знакомств, вряд ли сделал бы столь головокружительную карьеру в застойные 70–80-е, когда социальные лифты, запущенные при Сталине, практически остановились. Сложившаяся система партийно-номенклатурной кастовости зорко следила, чтобы наверх поднимались только свои…
Так дипломатами становились чаще всего дети дипломатов, в аппаратах ЦК, Совмина и прочих государственных учреждений средний слой руководящих работников в большей степени тоже состоял из «детей». Возможно, этот вывод покажется неожиданным, но именно это серое большинство «деток», из которых и состоял основной слой советской номенклатуры к началу 80-х, – одна из причин крушения всей «системы». Отрицательный отбор, когда «в систему» допускаются не по таланту и способностям, а только по принципу семейственности, династийности, кастовости, в конце концов и похоронил советское государство. СССР умер потому, что к этому времени система управления была построена не для того, чтобы эффективно управлять, а для того, чтобы быть кормушкой для замкнутой группы «своих».
Сегодня принято считать, что социальные лифты снова начали активно работать в лихие 90-е, когда мальчики из подворотен становились миллионерами. Тезис красивый, но не точный… Мальчики из подворотен, прежде чем стать миллионерами, вначале становились бандитами… Большая часть из них очень быстро оказывалась на кладбищах, и только единицы, самые хитрые и жестокие, и правда, становились миллионерами… Впрочем и таких примеров – пересчитать по пальцам. Красноярский «Челентано» Анатолий Быков и, пожалуй – все…
До больших денег и до большой власти в 90-е и позже все равно сумели дотянуться только мальчики из «хороших семей» или с хорошим образованием… Даже «Калиостро» 90-х – начала 2000-х Березовский и тот – из советских математиков…
Последние десять лет как минимум власть прикладывает титанические усилия, чтобы заставить вновь двигаться социальные лифты. Форумы… Площадки… Клубы… Конкурсы молодых руководителей и прочие способы обеспечить власти создание кадрового резерва – эта работа заслуживает и внимания, и уважения… И все-таки невооруженным глазом видно, сколь коротка скамейка запасных сегодня… В контексте актуальной проблемы «лифтов» карьерный рост Дмитрия Устинова видится и поучительным, и интересным. Например, во времена Устинова молодые специалисты, только недавно получившие образование и первый опыт работы, заменяли тех, кто привык работать как раньше. Молодым давали порулить!
Конечно, молодые назначенцы не всегда справлялись с возложенной на них ответственностью, однако в таком случае надолго во власти они не задерживались. Но если им удавалось проявить себя – головокружительный карьерный взлет был обеспечен. В результате к началу войны СССР подошел с практически полностью обновленным правительством, средний возраст наркома в котором составлял около 40 лет. Да и Политбюро ЦК в то время было относительно молодым – средний возраст его членов составлял примерно 50 лет. Таким образом высшие посты в государстве к началу войны занимали энергичные люди, доказавшие свою эффективность на деле.
Спустя всего 30–40 лет после Победы ситуация изменилась в корне. Политбюро и Совмин превратились в привилегированную когорту почтенных старцев. К моменту смерти Брежнева в 1982 году средний возраст членов Политбюро стремительно приближался к 70 годам. Что и говорить, если «молодежью» в ЦК КПСС в то время считался 51-летний Михаил Горбачев. Да и в Совете министров заседали крайне возрастные специалисты. Складывавшаяся годами номенклатура сковывала развитие страны своей инертностью и боязнью любых значительных перемен. Выстроенная система государственного управления перестала отвечать требованиям времени, однако при назначении на руководящие должности определяющим фактором все равно оставался партийный опыт, а не уровень квалификации. Если в сталинские годы любая оплошность могла стоить наркому не только должности, но и головы, в эпоху «застоя» представители высшего руководства заручились гарантиями неприкосновенности. Самым строгим наказанием для них, за исключением крайне редких случаев, стала почетная пенсия с сохранением положения в обществе. Радикальная попытка омоложения страны, предпринятая при Горбачеве, успехом не увенчалась, а лишь усугубила ситуацию. Стагнировавшая годами «система» не выдержала экспериментов «молодежи». Да и молодежь, уже почувствовавшая запах возможностей, при разделывании туши умирающей советской империи ничем, кроме слов и лозунгов, проявить себя не успела. Потому лихой перестроечный призыв «партия – дай порулить» обернулся для государственной машины их ошибками, просчетами и несбыточными прожектами.
