Валя аккуратно разглаживает вырезку из газеты, берет со стола клейкую ленту и приклеивает с ее помощью клочок бумаги к окну.
Периодические издания, книги и журналы, сложенные на деревянном стеллаже по датам выпуска, выдают педанта. Палата № 14, в которой единолично проживает Валя, представляет из себя маленький островок аккуратности, во всей ее красе.
Стеллаж протяженностью во всю стену, от окна до двери, заполнен разными предметами. Книги и журналы на центральных полках. На верхней полке расположилась колонна из военных кораблей. Масштабные модели, кропотливо собранные и покрашены обитателем палаты № 14. Среди кораблей можно заметить и другие пластиковые модели военной техники. Самолеты, танки, грузовой транспорт, разного рода пушки. Верхняя полка стеллажа представляет из себя, своего рода, большую диораму, собранную из мельчайших деталей. Здесь есть даже деревья и люди. Все настолько миниатюрное. Глядя на диораму, тяжело поверить в то, что это все сотворил Валентин. Две полки стеллажа, у окна, загромождены наручными часами. Думаете наш пациент так увлечен ходом времени? Не совсем, Валя пытается практическим путем разобраться во внутреннем устройстве разных часовых механизмов. Здесь присутствуют как кварцевые, так и механические часы. Вообще, это удивительно, позже вы поймете почему. Абсолютно все нижние полки заполнены коробками со всякой всячиной, столь необходимой для повседневных увлечений обитателя комнаты. Если посчитать сколько всего Валя старается узнать, сколько всего он старается успеть, сколько занятий он пытается освоить, то можно смело назвать его человек – швейцарский нож.
Достав одну из коробок и покопавшись в ней, Валя извлекает на свет увесистый кусок пластилина. Оттенок его такой, словно смешали все бруски разных цветов из одного набора. Валя кладет кусок на стол и открывает коробки с пластилином, которые принес Станислав. Две коробки, в каждой по двадцать брусков. Немного размяв руки, Валя откладывает экспандер в сторону и начинает разминать большой кусок пластилина, который при комнатной температуре стал твердым. Теперь, что бы из этого твердого куска пластичной массы что-то получилось, необходимо его размять. Он уже достаточно неплохо справляется с этой задачей.
– Занятия с экспандером приносят результаты. – усердно пыхтя, шепчет Валя.
Хорошенько размяв большой кусок, Валя вытряхивает новые сорок брусков и по одному вмешивает их в большой ком. В итоге ком получается еще больше.
– Вот так уже хорошо. Теперь можно что-то изобразить. – говорит Валя, продолжая разминать пластилин.
Убедившись в том, что пластилин достаточно мягкий, Валя отщипывает два небольших куска и откладывает их в сторону. Оставшийся пластилин он катает по столу, пытаясь сделать из него идеальный шар. После нескольких незамысловатых движений шар готов. Валя локтем слегка надавливает на шар, чтобы дно шара стало плоским.
– Так. Нормально. Теперь сюда. – приговаривает Валя, еще сильнее надавливая локтем сверху, в центр шара. Получается углубление.
Далее в ход идут кисти и пальцы. Большими пальцами обеих рук Валя все больше и больше вдавливает пластичную массу, которая уже слегка напоминает сосуд с очень толстыми стенками. Одновременно с вдавливанием, Валентин старается вытянуть всю форму по вертикали вверх. Получается сосуд, напоминающий высокий кувшин. Иногда Валя останавливается, дабы дать форме немного остыть и затвердеть. Валя не без удовольствия смотрит на получившийся пластилиновый кувшин. Конечно, он не идеален, но это уже прорыв, это еще один шаг на пути к мечте. Время вернуться к тем двум кускам пластилина, которые были отложены в самом начале нашего творческого полета. Первый кусок Валя превращает в тонкую колбаску. Затем он придает колбаске форму ручки и дает ей время затвердеть. А пока ручка остывает, Валентин принимается за изготовление крышки для кувшина из второго куска. Валя снова катает из пластилина шар, затем расплющивает его и придает необходимые формы. Крышка тоже готова, пришло время приладить к кувшину остывшую ручку. Приладив ручку, закрыв кувшин крышкой и снова взяв в руки экспандер, Валя отходит от стола на два метра и любуется своим шедевром. Стоя, как вкопанный, Валентин не может оторвать глаз от своего творения. Будто он ждал этого момента всю жизнь. Затем происходит что-то необъяснимое…
