Я хочу Вам предложить одну вещь. У Вас есть внуки (т. е. наследники) – у меня никого нет, и я часто думал о своем дневнике – его выбросят в сор или сожгут после моей смерти. Если Вы ничего не имеете против, я его дарю Вам, если Вашим внукам он будет неинтересен, Вы по прочтении, может быть, отдадите его в какой-нибудь архив-музей – эмиграции. Предупреждаю только, что я его часто переписывал по памяти. Писал, не помня точно дат, и в этом есть ошибки, а также в названии сел и станиц. Да вот еще, т. к. я жил на Украине – мой отец был сельским священником, а в Добрармию я ушел из семинарии, и у нас на Украине евреев называли – жиды (это не было презрительным словом, т. к. они сами себя часто так называли), то в дневнике я часто так их называю. Не подумайте, что я антисемит. У меня было много друзей-евреев и покойная жена была наполовину еврейского происхождения.
Вы пишете в Вашей книге, что ничего не знаете о начале и истории Алекс[еевского] полка. Я не могу Вам помочь. Я поступил в полк в октябре 1919 г. в Алексеев[ский] учебный батальон. Уехал из Севастополя на «Саратове» вместе с ген. Кутеповым, из Новороссийска на миноносце «Пылком» тоже с ним вместе. В Галлиполи был в 1-й роте Алексеев[ского] полка. Во второй роте команд[иром] роты был полков[ник] Дядюра, первопоход[ец]-алексеевец, и помню, он ходил по палаткам и собирал сведения о начале полка (даты, станицы и т. д.). Он хотел написать историю полка. Сделал ли что он или нет? Не знаю. Умер он в тридцатых годах в Париже. Вот и все.
Не ожидая Вашего согласия, через несколько дней после 1 января я посылаю Вам дневник, т. к. до 10 янв[аря] почта забита посылками. Я думаю, на посылке написать (содержимость посылки) Manuscript. Не знаю, как по-английски. Я думаю, это разрешено посылать в Америку. Мы ведь не в Сов[етской] России. Если вес ее превзойдет 1 кг, то я тогда ее разделю на 2 части, т. к. можно послать посылку только в 1 кг.
Мне доставит большое, большое удовольствие, когда Вы ее получите, т. к. с этой стороны у меня уже не будет мысли о ее дальнейшей судьбе.
В заключение поздравляю Вас и Вашу семью с наступившим Новым годом и желаю всем Вам – здоровья и успехов в делах.
Ваш А. Судоплатов.
P.S. Никак не привыкну писать по новой орфографии, а переучиваться поздно.
Еще раз благодарю за «Первые четырнадцать лет». Не подумайте, Боже сохрани, предлагать – как Вы пишете – оплатить пересылку дневника, – это меня очень обидит.
А.С.
Дорогой Боря!
Получил вчера Ваше письмо и прошу прощения, это моя вина. Я Вам не написал в свое время о высылке моего дневника и тем заставил Вас ждать.
Послал я его 15/I и думаю, что Вы, наверно, его получили и Ваше письмо разминулось с ним. Послал я его заказным, но не авионом. Т. к. живем мы в свободных странах, то, думаю, оно не пропадет.
Разрешаю Вам пользоваться им, печатать и т. д. Т. к. я уже писал, могут быть ошибки в датах и названиях станиц и сел, то, если можно, исправьте, пожалуйста. У Вас, наверное, есть материалы о ходе операций с точки зрения «высшего командования». У меня же выше штаба полка ничего не найдете. Если Вас интересуют наброски «Галлиполи», я могу Вам послать и печатайте от своего имени.
Когда-то я послал в «Русск[ую] мысль» рассказ – они напечатали. Но второй не поместили. Хотя второй был, по-моему, интересней. Но писал я его от руки, а они не хотят, очевидно, возиться с рукописями не на машинке.
Еще раз прошу меня извинить, что не сообщил вовремя. Думаю, Вы его уже имеете. А было бы жалко, если пропадет.
Еще раз извините
Ваш А. Судоплатов
Дорогой Боря!
Очень польщен Вашим предложением напечатать выдержки из Дневника. Спасибо, что не забываете меня. Посылаю Вам фотографию, где я снят в 21 году уже в Сербии, если хотите ее внести. Прошу только (нигде я не выступал в литературе, неудобно как-то) – не называйте подлинной фамилии моей. Поздно уже начинать это дело. Снят я сзади, перед окном (очерчен карандашом).
Будете писать, сообщите, продается ли во Франции «Первопоходник» и время его выхода.
Вы много делаете, чтобы оставить память об алексеевцах – спасибо Вам.
Здоровье мое пока слава богу. Живешь – больше оглядываешься назад.
Привет Вашей семье
Будьте здоровы
Ваш А. Судоплатов
Дорогой Боря!
Сегодня получил «Первопоходник». Вы мне сделали подарок, какого я никогда не получал. Во-первых, я ожидал, что это будет газета или брошюра в 5 или 6 листов, а во-вторых, я как будто получил первый раз в жизни фотографии давно знакомых событий в далекой юности.
Действительно, это были фотографии. Они так хорошо исправлены (доставил Вам лишнюю работу), рисования у нас в школе ведь не было… А потом: какой труд по редактированию и печатанию. Мне даже совестно, что Вы уделили мне столько места, а себе ничего не оставили, а ведь Ваша книга стоила того, чтобы ее напечатать. Я ее давал многим читать, и все читали ее «запоем»…
Я знаю, что Вы вложили много труда в нее, что Вам материально обошлось это недешево (разрешите хоть частично Вам вернуть за ее пересылку).
