Читать литературу по-немецки студенты, разумеется, не хотят. Говорят, наши знания немецкого языка нам не позволяют.

Решил пройтись пешком по Ленинградском проспекту от Белорусской до Сокола. Шел дождь. В районе Аэропорта наткнулся на Денисову машину.

10 сентября

«Это здорово, Саша, что ты барокко читаешь, я даже представляю у кого. А когда мы Грифиуса проходили, то это была твоя книжка, кстати, я помню, ты молодец, про барокко ты еще, когда я была на втором курсе, какие-то ужасы рассказывал».

После лекций приехал домой и беспробудным сном проспал четыре часа. Потом: безрадостные мысли.

11 сентября

Продемонстрировать окружающим свои недюжинные умственные способности можно прилюдно разгадывая кроссворды. Сегодня потрепанный юноша с бутылочкой пива в руке и его потасканная подружка с баночкой джин-тоника разгадывали в метро кроссворд. Сосредоточенное выражение их лиц выказывало исключительные мозговые напряжения. Вписывание разгаданных слов сопровождалось вздохами облегчения и очевидной и нескрываемой радостью. Когда же я решил посмотреть, что за слова отгадала эта пара и чему они так радуются, и посмотрел, среди пустых клеток моему взору открылись три слова: книга, стол, луна.

Обострение желчной болезни. Посоветовал репетитору мазать лицо не сметаной или кремом, а спермой. Говорят, в ней больше витаминов.

12 сентября

«Попытки превратить Гете в национальную святыню принимали в течение полутора столетий разные формы. Однако наиболее прямолинейно поняли свою задачу ответственные работники братской ГДР. Аккурат к нынешнему юбилею в анатомической коллекции национального музея Гете обнаружилась коробка с документами, коротко озаглавленная «Особая папка: мацерация Гете». Она содержит педантично задокументированное сообщение о вскрытии могилы Гете 2 ноября 1970 г. Нет, по этому случаю не проводили торжественных собраний и шествий с несением портретов и транспарантов. Не устраивали приемов в пионеры и принятия присяги. Поздним вечером группа ученых и партийных функционеров, стараясь остаться совершенно незамеченной (романтическую парочку влюбленных, расположившуюся у входа в склеп автора «Мариенбадской элегии», прогнали взашей), проникла в княжеский склеп Веймара, где покоились останки Гете и Шиллера. Заперевшись, они вскрыли гробницу Гете с целью сохранения для вечности мощей великого поэта. Поскольку тело находилось в состоянии, уже не позволявшем произвести мумификацию, подобно останкам Ленина, которыми вдохновлялись немецкие товарищи, было решено законсервировать сохранившиеся кости путем мацерации, т. е. очищения скелета от истлевшей ткани. Для этого кости, вынесенные из склепа (выносить пришлось в два захода), тщательно отмыли стиральным порошком для тонкого белья (вот она немецкая аккуратность!). Попутно установили, что не хватает пяти костей. Сначала собирались соорудить специальный стеклянный гроб или даже заварить скелет в полиэтиленовый мешок, но потом ограничились тем, что просто упаковали его в поролон. Полуистлевший лавровый венок бережно сняли с некогда гениального черепа, вымочили в спирту и в ходе сложной технической процедуры восстановили из пластмассы, водрузив по окончании на старое место, теперь уже отмытое и очищенное от содержавшейся внутри «пылеобразной массы» (выражение по протоколу). Остатки одежды послали с соблюдением строжайших условий секретности в Берлин на экспертизу и реставрацию, но тамошние консерваторы их так и не вернули, видимо догадавшись об их знаменитом происхождении. Слава Богу, никаких экспериментов над останками не производили, да и технологий недоставало. Ведь о клонировании в то время еще никто не подозревал, если не принимать во внимание полусумасшедшие видения Н. Федорова. Спустя почти три недели уже не какие-то бренные останки, а очищенный и упакованный в пластик скелет вернули обратно в склеп, предварительно выложив дно гробницы полиэтиленовой массой и заклеив потом сверху прорезиненной пленкой. Операция снова проводилась после наступления темноты. Все участники дали клятву молчать до гробовой доски».

13 сентября

Признаки надвигающейся депрессии: склонность к продолжительным бесцельным прогулкам, осмысленное чтение Мерло-Понти, желание заплакать, когда перечитываю «Избирательное сродство».

Хотел поехать на дачу недели на две, оттуда ездил бы на лекции в понедельник и вторник. А потом вспомнил об учениках, с которыми занимаюсь немецким. Устаю от лекций, от почти механического повторения одного и того же материала: читаю одинаковый курс три раза в неделю. Ощущаю себя шеллаком.

В час ночи позвонил Денис с вопросом: сколько градусов у меня на термометре за окном.

14 сентября

Перейти на страницу:

Похожие книги