Еще про паркинсонические симптомы у моей бабушки. Они начинают проявляться лишь тогда, когда ее просят сделать что-нибудь по хозяйству. Тогда (впрочем, совершенно незаметно для окружающих) у нее начинают дрожать руки; а когда ее просят пойти в свою комнату и смотреть сериалы про Изабеллу и Хуана там, а там, по ее мнению у телевизора слишком маленький экран и нет удобных кресел, бабушку вообще поражает дрожательный паралич, и она обнаруживает, что против своей воли не может встать с кресла. Нужно ли говорить о том, что дрожательный паралич продолжается ровно до того момента, пока серия не подойдет к концу?
После лекции та же девочка с заячьей челюстью о Бёме: зачем изучать невнятную писанину этого сапожника?
С утра гороскоп пророчил мне козни и происки тайных врагов. Тайным врагом оказалась моя соседка. Ранним утром, в мое отсутствие, она заменила замок на входной двери в наш общий блок, а когда я принесся домой, чтобы выпить кофе и распечатать перед работой лекции, выяснилось, что она не просто сменила замок, а сменила замок и куда-то уехала, не оставив новых ключей. Я потоптался у закрытых дверей и помчался читать лекцию по памяти. О Гёте можно и без бумажек рассказывать.
На семинаре. Студентка пересказывает «Избирательное с родство»: а потом ребенок плюхнулся в воду и утонул. Оттилия в шоке, Шарлотта в шоке, Капитан в шоке… А потом, ну, это, она подмигнула ей из гроба, и та свалилась с крыши.
Бабушка прочитала «Орландо», теперь читает «Дневники вора». Говорит, что гадость, но все равно читает.
В последнее время замечаю, что проявляю подозрительный интерес к мужским задницам в метро. Наверное, потому что осень.
Поставил на письменном столе фотографию Джеймса Дина.
Вечером гуляли в парке с репетитором. Наш путь по мокрым аллеям был усеян трупами дождевых червей. Видели нашего бывшего одноклассника Г. Г.: одетый во все черное, стоял, прислонившись к фонарному столбу, в монументальной позе и читал книжку. Я не был уверен в том, что этот сумрачный усатый мужчина, читающий книжку в мокром парке, — наш Г., но репетитор сказал, что тут даже и сомневаться нечего, потому что он узнал Г. по его выдающейся заднице, а старым Г. кажется из-за неправильного освещения, и еще потому что Г. много пьет. Потом мы отошли на безопасное расстояние, такое, чтобы Г. нас не заметил, и стали кружить вокруг фонаря, рассматривая Г. издалека. Он невозмутимо читал книжку. Жизнь его, как рассказал мне репетитор, печальна. Он не может найти работу, живет с матерью, сестрой, мужем сестры, который его изредка поколачивает, и малолетними детьми сестры; поэтому он много пьет, и читает книги, и не хочет бывать дома.
В метро напротив меня сидела молодая женщина и время от времени загадочно улыбалась. Сначала я подумал, что она сумасшедшая, а потом я понял, что она наблюдает за моим соседом на скамейке: он спал, потом просыпался, недоуменно озирался вокруг, и снова, сонный, откидывал голову.
Очень интересно смотреть за тем, на что смотрят другие; я сегодня понаблюдал немного и обнаружил, что к задницам присматриваются почти все.
Вечером ученица, рассказав мне жуткую историю про своего делового партнера, который разбился неделю назад на машине, сам остался в живых, но стал инвалидом, а еще четверо погибли, сделала два упражнения, а потом наклонилась ко мне и спросила таинственным шепотом: а когда наши занятия перейдут в более активную фазу? Пришлось заставить ее зубрить артикли.
Прочитал две лекции, и ощущение, будто бы весь день таскал мешки с цементом. Перед лекцией тренировался правильно и без запинки выговаривать имена
По каналу
Потом попытался поспать, но не получилось. Пошел дождь, я ворочался с боку на бок, капли дождя стучали по подоконнику и в окно, и я, как настоящий
Наступила осень. Самки
