В копишопе напротив моего дома. Стоял у ксерокса, делал хэндауты: кромсал на куски Маркса, Блуменберга и Бодрийяра, склеивал их, чтобы они все поместились на одной странице. Потом в зале появился симпатичный бритый юноша, работник копишопа. Наверное, вернулся с обеда. Снял куртку, стал мне улыбаться. Я тоже стал улыбаться ему. Он подошел ко мне и начал помогать. Потом я расплачивался с ним, он давал мне сдачу, положил мне на ладонь пять франков; на мгновение его красная рука коснулась моей ладони, и я подумал, что вся (моя) жизнь со стоит из таких вот мимолетных прикосновений.
Эсхатология и политическая экономия. Вышел после лекции из университета на улицу: идет дождь. Понял: мне нравится, как пахнет мокрый чистый асфальт.
Похолодало. Сидел весь вечер, закутавшись в оранжевую шерстяную шаль с бахромой. Читал Дидро.
Вчера пил чай с падчерицей дочери Г. фон Гофмансталя, она рассказывала мне о своей подруге, праправнучке Беттины. Праправнучка училась на врача, потом сбежала от своего швейцарского мужа в Канаду на лесорубку; на лесорубке она встретила прапраправнука Мозеса Мендельсона, полюбила его, вышла за него замуж.
Сегодня пойду смотреть могилу Георга Бюхнера.
После жуткого (
По дороге на кладбище видел замерший пруд. Под тонким льдом спали красные рыбы. Шел по кладбищенской аллее, яркое солнце слепит глаза, и вдруг сверху, с берез начал сыпаться иней.
Потом спал.
На улице ливень и холодный ветер. Пока дошел от университета до дома, вымок насквозь. Сразу заболело горло; ветер разбивает капли о стеклянную дверь на балкон, и уже почти стемнело.
Спать не хочется.
Все-таки лег спать.
Проспал два часа.
Проснулся. В мире не случилось ничего нового. Только на Украину, сразу же после выборов Ющенко президентом, вернулись из теплых краев журавли, а подснежники белоснежно расцвели, а в Белоруссии тоже, пишут, пробудились ото сна медведи, барсуки и ежи, хотя им там это вроде бы ни к чему, там ведь еще нет демократии.
Сегодня видел черного дрозда-альбиноса.
Сегодня в половине седьмого шел с семинара домой. По дороге помог букинисту — его магазин напротив дома Джойса — заносить в магазин ящики с книгами; днем букинисты выставляют у дверей своих магазинов ящики со старыми дешевыми книгами; букинист очень старый, у него уже одышка; но когда слушаешь, как он тяжело дышит, хрипит, становится почему-то очень приятно. Иногда я думаю, что букинисты и библиотекари — это современные мученики.
Утром сильно тосковал, а вечером позвонила Ира и рассказала про Дениса. Он был на приеме у ее отца-ортопеда по поводу своих надуманных болезней. Денис понравился ириному отцу своим телосложением и костями.
Надо будет попросить у кого-нибудь из половых партнеров какой-нибудь из его рентгеновских снимков и хранить этот снимок у себя и иногда разглядывать: что может быть приятней созерцания внутренностей,
At the same time… at the moment my love to you was both sad and tender.
Кошмарный ураган на улице. Железные стулья по балкону туда-сюда катаются, и церковные колокола звенят сами по себе. На следующей неделе вообще обещают морозы.
Трагедии рождаются каждый день.
Иногда меня воротит от ежедневно рождающихся трагедий.