Стал бояться самолетов. В самолете сильно бьется сердце — во время турбулентности (всегда над Байрейтом хватаюсь за ручку кресла и крепко сжимаю ее). Бояться нечего, но все равно страшно. Решил: пусть самолетобоязнь будет моей новой фобией, и я отныне буду только ездить на поездах. Еще я боюсь змей, боюсь подавиться рыбными костями, боюсь тиканья часов. Боязнь змей и самолетов — ввиду фаллической символики объектов страха — имеет прямое отношение к гомосексуализму. Боязнь рыбных костей, кажется, тоже.
Однажды Каролина сказала, что если швейцарцы начинают говорить с тобой на швицертютче, то это значит, они тебя уже не принимают за чужого. В среду ходили с Каролиной и студентами в ресторан «Rote Fabrik». За окном ливень. Потом штормовой ветер опрокинул столы на летней террасе. Потом видели радугу. Потом провожал Каролину по мокрому после дождя приозерному парку, нежно звенели мачты яхт. Очень неловко себя ощущал — странное смутное чувство. Разговаривали про семейный роман невротиков.
(Вечером, в приступе ярости чуть не разбил дверь в одну из комнат.)
Зачем нужны неработающие банкоматы?
Из Винкельмана: «Хороший вкус, который все больше и больше распространяется по свету…»
На углу Цветного бульвара и переулка, где я работаю, есть хозяйственный магазин; внутри пахнет стиральным порошком и алюминием; про этот магазин рассказывают, что он существует с давних советских времен. В магазине есть тесный уголок и там работает мастер по изготовлению ключей — самый прекрасный из всех мастеров по изготовлению ключей. Очень красивый, мускулистый, широкогрудый, с красивыми большими руками, приятыми движениями, плейбой, наверняка перетрахавший всех тамошних продавщиц (и наверняка некоторых покупательниц), и я, когда иду на работу (по понедельникам, вторникам и четвергам), всегда захожу в этот хозяйственный магазин, прохожу мимо отдела металлоремонта, смотрю на этого мастера по изготовлению ключей. А сегодня еще купил себе освежитель воздуха для туалета: стоял у металлоремонта, вроде бы выбирал освежитель, а сам, украдкой, левым глазом, смотрел на накачанный бицепс.
Еще я сидел на автобусной остановке, смотрел на розовое небо вдали и на опустевшую площадь перед гипермаркетом и думал, что люблю пустоту.
Водитель не остановил автобус на моей остановке — проехал на остановку дальше. Пришлось идти к дому по Осеннему бульвару. Навстречу два пьяных парня, толстый и кривоногий, у каждого в руке по большой бутылке пива. Один громко говорит другому: давай искать на бульваре блядей. Тот ему в ответ: блядей нет, вижу только пидоров. И показывает на меня пальцем. Прохожу мимо, задевая его плечом. Он еле держится на ногах. Мне весело.
Многое от страха расставания. Причина: страх отделения от матери. Вспомнил: самые страшные моменты в своей жизни я пережил, когда внезапно уезжала мать. Однажды мы были на даче — я, мать, отец и его мать, моя покойная бабушка. Мне было года три, может, четыре. Мать и отец должны были уезжать на работу, и мы с бабушкой пошли их провожать. Родители уехали, а мы с бабушкой вернулись домой, и там я вдруг понял, что матери нет. И я побежал обратно на железнодорожную станцию и ходил по платформе, а потом сел на скамейку и стал ждать, а потом бабушка обнаружила, что меня нет и стала меня искать, ей сказали, что меня видели на станции, она пришла за мной и забрала, а я плакал, и кричал, и дрался, и не хотел уходить, боясь пропустить электричку, на которой должна была вернуться мать.
Придумываю оправдание своей жизненной трусости.
Unangenehmer Unterkiefer.
Еще я знаю наизусть стихи Гёльдерлина, Гёте, Георге, Рильке, Даутендея и Тракля. Но это не важно — у меня неудачное телосложение.
Гулял на ВДНХ. Изучал шедевры ландшафтного дизайна: композиции, посвященные войне, на фоне которых все фотографируются. Схемы решающих битв, выложенные красной и белой геранью и анютиными глазками. Среди выставочного уныния и запустения видел мускулистого рабочего с ведром, живого, не из гипса.
Schone Geister sind selten schone Seelen.
Сегодня думал, что если человек возвышенный, то все в его жизни тоже должно быть возвышенное. Бесконечная синева небес и яркие далекие звезды, и природа, приветливо раскрывающая ему свои нежные объятья и шепчущая ему тихими ночами самые сокровенные свои тайны. Секс, конечно, тоже должен быть возвышенным. Но как же такое возможно?
И вот всю дорогу, пока я ехал в метро, я раздумывал над тем, что такое возвышенный секс, и вдруг понял: возвышенный секс — это секс под
Вернулся с дачи и спал. Потом проснулся и почувствовал, что мой организм требует секса, сахара и телевизора. Обманывал организм. Секс и сахар заменил мороженым, а вместо телевизора почитал «Поэзию и Правду».
Man wird nie betrogen, man betriegt sich selbst..
Вышел на балкон, странно: на улице пахнет розами.
Георге, составляя свою антологию «Век Гёте» безжалостно правил Платена, чтобы тот звучал поблагородней.
