Дневник 2006–2011 полностью

Кабельщик, проводивший мне в квартиру интернет, был похож на раковую больную за неделю до смерти; пытался увлечь меня рассказами о Кришне, я плохо отношусь к сектантам.

Когда трамвай въезжает в осенний парк и ветки царапают по стеклам — захватывает дух.

Ира уехала по стипендии в Швейцарию, в первый же день увидела в Альпах швейцарских солдат в серых брюках и зеленых мундирах, они ей понравились.

27 октября

Ходили на концерт органной музыки в Дом музыки. Неизменно повторяющийся бас, как символ неуклонной поступи времени, напоминает слушателю о вечности. Единственным моим желанием на концерте было засунуть руку ему в штаны.

Возвращался домой на маршрутке, и у водителя густые светлые волосы на руках блестели в свете фонарей; на нем были белые кроссовки adidas — я смотрел, как он выжимает педали; еще он все время тяжело вздыхал.

31 октября

Когда был у родителей, у меня сильно свело ногу. Вечером было очень холодно, я шел к дому, заметил, что деревья уже совсем голые, накануне выпал снег. Видел двух подростков, они, задрав головы, смотрели в черное небо, показывали в него пальцами, обсуждали, какая звезда ярче. Я прошел мимо, у меня мерзли уши, и я подумал: какой замечательный вечер!

1 ноября

Бабушка упала в обморок, у нее изо рта потекла слюна, она обмочилась, мы с матерью испугались, что инсульт. Вызвали скорую, оказалось ничего страшного, такое случается, потом пришла участковый терапевт. Терапевт рассказала, как ездила в Лондон. Ей там очень очень понравилось. Мы совершенно себе не представляем, как там живут люди, у них совершенно другой строй, они соединили идеи Роберта Оуэна с капитализмом, теперь у них все красное: и телефонные будки, и двухэтажные автобусы, и даже почтовые ящики! Еще она была в Норвегии, там люди очень красивые, с превосходным здоровым румянцем. Потом говорили о желчных пузырях. Терапевт посоветовала мне поскорей вырезать желчный пузырь. Ей вырезали, и ничего, желчь льется прямо в кровь. Но если я боюсь, то и не надо, мне всего-то тридцать два — еще жить и жить. Потом вырежут. В пятьдесят. С метастазами.

3 ноября

Ходили на концерт авангардной музыки. Мой приятель зачем-то смешно оделся: в шерстяные брюки, из которых давно вырос, и свалявшийся свитер, мне было неловко рядом с ним находиться, я все время думал, как бы от него побыстрей избавиться. Считается, что если человек тебе нравится, то тебе все равно как он одет, но это заблуждение, всегда хочется находиться рядом с хорошо одетым человеком.

10 ноября

Томас Бернхард: Во всем мире людей постоянно обманывают. Поэтому не имеет значения, обманывает ли их вдобавок ко всему еще и психоанализ или нет. В конце концов, все, что у нас есть — это, так сказать, гигантский обман. Однако, надо признать, что людям, пока они живы, нравится жить в обмане. Это же очевидно. Каждый день натыкаешься на какой-нибудь обман. В гостинице, в кафе, на море, в горах — в сущности все есть обман и самообман. Если бы обмана не существовало — ничего бы не осталось, все бы развалилось. Мир в целом — это обман. И рай — обман, и ад — обман. То есть и верх, и низ, и между ними — Земля, по которой мы ходим — все обман. И смерть — обман. Но, может, после смерти вы попадете в рай, и тогда выяснится, что рай-то — не обман. — Я не верю в рай. — Ничего, будете лежать на смертном одре — поверите и в рай! Есть огромное множество известных примеров того, как люди, никогда не верившие в рай и прочую ерунду, незадолго до смерти молитвенно складывали ручки и начинали верить во все это. На меня это всегда производило неизгладимое впечатление.

13 ноября

Был у Дениса. Надел черный свитер, и Аня меня испугалась, хотя я подарил ей шапочку и распашонку. Лучше бы она боялась своих игрушек, сделанных в Китае. Они такие страшные, что сразу понятно: китайцы делают их такими для того, чтобы с младенчества разрушать психику русских людей, им так потом будет проще нас захватить. Денис сказал, что мы могли бы пойти на речку — он бы показал мне, как купается в проруби, но уже поздно, до проруби далеко, а ему хочется спать. Мы все равно пошли гулять — но недалеко — играли в снежки, и он попал мне в лицо, я надеялся, что он разбил мне губу, но снег был мягкий.

Перед сном в темноте думал о лежачем существовании. Вчера я пролежал в кровати до двух дня, сегодня до трех, и если бы не захотел есть, не поднялся бы до самой ночи. Говорят, лежание разлагает. Еще говорят, кровать может стать центром мира — нужно только правильно лечь, чтобы пространство вокруг наполнилось образами из прошлого — но верить в это не стоит: лежание в темноте — это литературный топос. Я думал о том, хотелось бы мне съесть кусок мяса со своего бедра или нет, но так и не понял, хотелось бы или нет.

16 ноября

Гомосексуалистов вокруг, конечно, больше, чем многим думается, но меньше, чем мне хотелось бы.

17 ноября