В понедельник шло собеседование с ребятами, поступающими в семинар сначала И. Л. Волгина, потом в семинар С. Ю. Куняева. Ни в том, ни в другом семинаре почти нет лидеров. Две тенденции, повторившиеся потом на следующий день и в большом семинаре А. Сегеня. Во-первых, много ребят, поучившихся два, а иногда три года в других и часто технических вузах, а потом решивших, что это не их дело. Это означало, что после десятилетки сломя головы, куда бы ни попасть, бежали в любой вуз, а потом взрослели и понимали, что всю жизнь с нелюбимой работой, как с нелюбимым человеком, прожить нельзя, и теперь пытаются перебраться к призванию. Во-вторых, чрезвычайно низкий общий уровень школьного образования. К этому я отношу и полное пренебрежение к отечественной литературе, вкус к которой, видимо, отбит со школы. Когда ребят спрашиваешь о современных отечественных писателях и писателях второй половины ХХ века, то почти всегда натыкаешься на полное незнание. Я задаю себе вопрос, зачем идти в отечественную литературу, которой не знаешь? Но ведь и литература обеднела, она, лишенная заинтересованных читателей, лениво критикует текущий строй и, лишенная идей, не знает, о чем же ей писать. Я думаю, что и любовь современных будущих писателей к так называемой фэнтези проистекает от полной опустошенности нашей идеологии. Без внутренней идеи между капитализмом и воспоминаниями о социализме. И капитализм-то без Бога тоже нехорош.
Обедал с ректором, он сказал, что в 80 государственных вузах недобор студентов. Этот недобор есть даже в МГУ. Я этому не удивился, мне казалось, что последнее время очень энергичный В. А. Садовничий больше интересовался своей судьбой, нежели результатами набора. Как я и предполагал раньше, мы набрали свой контингент полностью, несмотря на так называемую «демографическую яму».
По дороге в «Ашан» проходил мимо здания «Газпрома». Буквально напротив моих «Красных домов» на улице Строителей еще в самом начале перестройки из двух больших девятиэтажных жилых домов выселили жителей, и один огромный жилой дом отдали под здание «Газпрома», а второй под здание «Строительного комитета». Меня всегда привлекал комитет, в который после какого-то конфликта распределили бывшего секретаря ЦК КПСС Бориса Ельцина и где он ни разу не был. Оба здания, конечно, сильно модернизировали, пристроили к ним сзади гаражи, а спереди по два вестибюля. Я всегда, как налогоплательщик, с чувством заинтересованности наблюдал за тем, как все это обустраивается, монтируются новые окна взамен старых, а наша улица наполняется самыми дорогими машинами, на которых приезжают служащие. Хорошо жить возле газа. Сегодня меня в очередной раз привлекли новые строительные экзерсисы газовиков. К своему роскошному вестибюлю они прилаживали роскошные гранитные ступеньки. Это, конечно, не Иорданская лестница в Зимнем дворце, но размах тот же. Я посмотрел на то, как при помощи гастарбайтеров и механизмов кипит работа, и порадовался, что, несмотря на кризис, наши газовики не забывают строительство и украшают свою жизнь.
Часов в двенадцать тем же коллективом выехали в Обнинск. Еще утром доваривал варенье из сливы. Чистил сливу и варил вчера вечером. Здесь и вспомнил В. С.: она любила чистить картошку или резать капусту в большой комнате перед телевизором.
В Обнинске расписание обычное: обед, баня, ребята в промежутке между обедом и баней смотрели кино, я попытался поспать, а потом немножко «поигрался» с компьютером и читал «Литературную газету». Прочел большую статью Уткина о результатах ВОВ. Это некоторое допущение: что бы произошло в мире, если бы победила гитлеровская Германия. Картина получалась безрадостная, на которой и Америка могла стать страной второго сорта.
Количество жертв катастрофы на Саяно-Шушенской ГЭС достигло 69-ти, как я и предполагал, все нашлись на нижних этажах разрушенного машинного зала. И ведь никто за это отвечать не будет. Путин сразу предложил родственникам по миллиону из особого фонда правительства, родственники хотят 5. «И сапогов еще не износив».
