Иванов Алексей Андреевич, 1989 г.р. Законченная, совершенная, в чем-то даже символическая повесть «Изо всех щелей». Здесь герой - вчерашний школьник, безработный. Попытка найти себя, работу, не растерять школьный романтизм. Умно, спокойно, без стремления к эффектам. Правильная литературная речь, выразительно.
Урвачев Андрей Викторович, 1962 г.р. Здесь мною поставлен самый высокий балл - 99. Сложившийся, умный, глубокий русский писатель. Своя тема и взгляд на жизнь. Просто потрясающий рассказ «Зов». Все, естественно, о смысле жизни. О невыносимости супружеского бытия и отсутствия гармонии в семье. Во втором рассказе выписываю уже для себя фрагмент. Это образец современного портрета:
«Потап и Полина переглянулись, заулыбались и, закрыв калитку, пошли к дому. И она, массивная, зрелая, взрослая женщина с удивительно рыжими, густыми волосами над щекастым лицом, и он, высокий, худой, с невозможным размером ботинок и тонким, умным лицом, производивший впечатление внезапно повзрослевшего юноши, они оба довольны друг другом, и это видно даже по рукам, когда они обнимались».
Почему же эти люди до сих пор нигде и никогда не печатались? Что же происходит в нашей литературе и в нашем книгоиздательстве?
25 июля, воскресенье.Вчера все-таки изловчился и написал еще одну рукописную страничку в книгу о Вале. Это продолжение нашей с ней рыбинской эпопеи, когда вместе мы ездили на свадьбу к Игорю Лаврову, моему армейскому сержанту. А вот сегодня приснилась мне Наташа. Она сидела у меня в ногах, на ковре, а я гладил ее лицо, было необыкновенно приятно. Как-то смутно на заднем фоне я вел и Сусанну. К чему бы это? Пытаюсь разгадать сон и думаю, как отнесется к этому моему сну Валя. Она всегда делала вид, что меня не ревнует.
26 июля, понедельник. Что-то около двух закончил читать работы. С одной стороны, надо бы везти прочитанное в Москву, с другой - надо ждать. Завтра привезут большое окно на террасу. Ехать, зная, что у тебя не в порядке документы, тоже стремно. В образовавшуюся паузу с наслаждением солю огурцы и крашу окно в комнате, которую я называю «спортзалом».
27 июля, вторник. Предполагал, что утром, после того как сделаю зарядку, немножко посижу над книгой о Вале, но тут позвонили - везут окно. Все рухнуло. Хорошо, что еще до того, как встал, почитал прессу, которую совсем забросил, пока лопатил сначала абитуриентов очного отделения, потом их этюды, а потом заочников. Все это не так просто, потому что за каждым судьба. Пока читаешь, - а в принципе видно все довольно быстро, почти с первых страниц, - все время думаешь об авторе, ловишь в себе отзвуки, которые производит эта проза на твою душу, ждешь, покуда вызревает оценка. Вот почему все дочитываю с начала и до конца. Кстати, посчитал, что всего прочитано мною 45 работ, а это по 25 страниц, то есть 2150 страниц. Здесь можно было бы и поныть, но, в принципе, это огромная подпитка и для меня, знакомство с теми сторонами жизни, которые литература часто не освещает, понимание чужой, далекой от меня молодой жизни. А как бы я жил без такой работы?
В газетах - собственно, сегодня она одна, «РГ», - все в прошедшем времени. Только обратил внимание, что культура здесь ведется на манер сельской хроники: эксклюзивные спектакли, заезжие знаменитости, оперные театры Москвы и Петербурга, которые и мне не по карману, выставки, которые вряд ли являются искусством. Прочел об уклончивой беседе Путина и Михалкова после Московского кинофестиваля. Путин заметил, что к фестивалю интерес снизился, а Никита Сергеевич его цифрами, цифрами, дескать, наши фильмы показывали! Кажется, попросил денег… Общий вывод: не то что полной картины искусства в стране, сейчас я не имею даже полной картины литературы…
Около часу дня привезли мое огромное окно, все очень квалифицированно, русский шофер, а грузчики - молодые таджики. Тут же разобрали тяжеленную раму, стеклопакеты внесли через вход и по лестнице, а саму новую раму - через старое окно. Померили по диагонали и без особых трудов втащили. Между прочим, русский шофер, которому я очень подробно объяснил, как проехать, тем не менее, приехал не туда, и мне пришлось его искать.
Сразу после этого мероприятия стал собираться и, не очень робея, ибо уже абсолютно уверен, что с деньгами в бумажнике можно ехать не только без документов, но милиция не встряхнется, если даже обнаружит у тебя в машине мешок с гексогеном, - только плати. Долетел до Москвы, разложил продукты по холодильникам, включил свое любимое радио «Эхо Москвы». Небывалый оказался урожай.
Литература. Банк «Русский стандарт» судился с Оксаной Робски. Звезда тусовок и писательница что-то слишком задолжала банку, и теперь суд, несмотря на ее выдающиеся заслуги в области изящной словесности, требует возвращения денег. Что-то при этом радио, кажется, недоговаривает.
