Опять встали очень рано – в 3:30 и в 4:30 выехали на высоту. Как это уже всё надоело и обрыдло. Спим по чуть-чуть, постоянно хочется спать!? Да и устали уже. Добрались очень быстро и заняли новое КНП полка. Молодец Андрюха Яблоков – КНП у него как всегда получилось просторным и удобным. Правда, оно находилось в трёхстах метрах от позиций боевиков, но это никого не смущало. Как-то внезапно упал туман и когда тусклый свет рассвета обелил всё кругом – ни черта не было видно. А ведь сегодня было решено внезапным ударом подразделениями ВВ отрезать Старые Промыслы от Грозного, а затем ударами с двух сторон раздавить там оставшихся боевиков. В 9 часов высоко в небе прогудели самолёты и сбросили несколько бомб в тот район, который мы должны были брать. Взрывы, судя по звуку, были слабенькие. Явно не вакуумные бомбы, которых мы ждали. Следом мы провели мощную артиллерийскую подготовку, в которой участвовали семь дивизионов: дивизион 245 полка, два моих дивизиона, и четыре дивизиона артиллерийского полка. Первый огневой налёт по переднему краю боевиков, затем огонь перенесли в глубину обороны в район Старопромысловского шоссе и третий огневой налёт опять по переднему краю – по старым целям. За девять минут было выпущено около тысячи снарядов и несмотря на то что результаты из-за тумана не были видны все остались довольны тем мощным ураганом, пронёсшимся по боевым порядкам духов. Даже туман, как будто поредел и из белесой мути вынырнули крайние дома улицы Алтайской, заборы, и часть зелёнки перед нами, но через пару минут туман навалился с новой силой и всё скрыл за своей стеной.
В окоп спустился солдат РЭБовец и передал Малофееву лист бумаги. А через минуту всем стало известно содержание радиоперехвата – в ходе арт. подготовки у боевиков уничтожено 3 БТР и 1 танк. Что ж, неплохо. Но из-за плотного тумана атаку ВВэшников всё таки пришлось отложить, а в 12 часов генералу Малофееву доложили – В Алхан-Кале внезапно было обстреляно подразделение ВВ. Дальше события стали развиваться совсем стремительно: подполковник Тимохин, оставив меня за себя, убыл в третий батальон усилить правый фланг полка и направить разведчиков в Алхан-Калу выяснить обстановку. Я в свою очередь приказал дивизионам усилить бдительность и через пять минут принял сообщение от командира второго дивизиона, что на огневые позиции из Алхан-Калы вышел раненый солдат. В деревне боевики. Солдату оказана медицинская помощь, оборона огневых позиций усилена. По приказу генерала один из батальонов ВВ и батальон 1го МСП сразу же ушли на блокирование Алхан-Калы. А ещё через полчаса ещё одно сообщение: в населённый пункт вступил отряд ваххабитов в 300-400 человек. И возможно, они пришли с юга – с гор. Ситуация обострялась. Малофеев убыл в наш полк и как по заказу туман рассеялся и в небе засияло солнце.
Да, с нового места открывался более интересный вид, чем со старого КНП. Грозный был как на ладони и просматривался до самой Ханкалы. Отчётливо виднелся в пяти километрах прямо перед нами аэропорт «Северный», центр города, выход центрального бульвара на небольшую площадь и на нём, приятно удивлённый, я увидел памятник, из трёх фигур, символизирующий дружбу чеченского народа и русского. Как мы его называли ещё в первую войну – площадь «Трёх дураков». Вокруг памятника громоздились многочисленные коммерческие палатки, но сама площадь была пуста. Мелькнула, правда, одиночная легковая машина и скрылась за длинным, высоким забором из красного кирпича, закрывающим часть площади от нашего наблюдения. Тут же проходила железная дорога, как бы отделяющая жилой сектор от промышленного, бесчисленные строения которого тянулись в сторону Старых Промыслов и к нам. Несколько правее от нас промышленный сектор ограничивался парком, а с другой стороны парковая зона упиралась в высокие трибуны приличных размеров стадиона, в четырёхстах метрах от нас. Он уже контролировался боевиками. Прямо перед нами в трёхстах метрах, на соседнем, низком холме громоздилась голыми ветками зелёнка и частный сектор в основном из старых деревянных домов. На этом же холме находился квадрат местности, окаймлённый бетонным забором со сторонами 150 на 150 метров, а у ближней к нам стороны стояло одинокое сооружение похожее на весовую. Много было и других не менее интересных мест, но я решил их рассмотреть потом более подробно в большой оптический прибор, а сейчас с азартом принялся подавать команды на ОП второго дивизиона.
Первый залп лёг левее памятника «Трёх дураков», вдоль кирпичных домов вздыбив в воздух лишь кусты и прочий мусор. Второй залп был уже лучше, но в памятник всё равно снаряды не попали. Рванули разрывы кучно, разбив несколько ларьков и навесов, но лишь царапнули осколками мощные, каменные изваяния. Я дал ещё несколько залпов, но не попав в цель прекратил огонь. Потом разобью.
День прошёл в разведке целей с этой стороны Грозного и в нескольких вялых обстрелах различных объектов в городе. Пару раз обстреляли нас и боевики, заставив присесть на дно окопа…