Чеченцы назвали имя, но оно мне ни о чём не говорило. Были они молодые, что то испуганно бормотали и я поманил к себе ещё двоих чеченцев, которые с любопытством поглядывали из глубины улицы. Эти смелее подошли ко мне и в одном из них сразу же узнал Саида.
– О, Саид, ты что ли? – Удивлённо воскликнул я.
– Борис Геннадьевич, вы что ли? – В свою очередь радостно вскрикнул Саид и мы к большому удивлению солдат и молодых чеченцев радостно обнялись.
– Эгей, не бойтесь, – Саид обернулся к чеченцам, столпившимся в улице, – это наш, Борис Геннадьевич приехал. Наш комендант….
В течение пяти минут мы обменялись впечатлениями, Саид рассказал что Рамзан сейчас болен и селением руководит другой чеченец. Хотел вызвать Рамзана, но я запретил, сказав, что приеду в деревню через пару дней. Саид рассказал, что во второй войне населённому пункту не повезло: фронт не перекатился через деревню, как в первую войну, а остановился на южной окраине и в результате боёв окраина была полностью разрушена. Поговорив в таком духе ещё несколько минут, я попрощался с селянами и поехал к себе в полк. Переехав мост через Аргун, мне навстречу попалось МТЛБ, откуда отчаянно замахали рукой, требуя остановиться.
– Товарищ подполковник, вы начальник артиллерии 276 полка? – Спросил меня лейтенант, соскочивший с бронированной машины.
– Да. В чём дело, лейтенант?
– Товарищ подполковник, вас просят прибыть на КНП 19ой дивизии ВВ к начальнику артиллерии для установления взаимодействия.
– Хорошо, поехали. Я за тобой.
Мы развернулись и помчались обратно в Лаха Варанды. Проехали чуть дальше разрушенной мечети и спешились за полуразрушенными домами.
– Блин, эти же дома я с Субановым штурмовал, когда блок-пост третьего взвода обстреляли…, – мелькнуло у меня воспоминание, но я его отбросил и стал слушать разъяснения лейтенанта.
– Товарищ подполковник, сейчас будем преодолевать открытое пространство – будьте осторожны и мгновенно меняйте местоположение, когда обстреляют духи…. Всех обстреливают.
– Ладно, пошли…
КНП располагалось на огородах, которые в первую войну разделяли мои взвода от боевиков в пионерском лагере и сейчас мне было необычно наблюдать этот огород под таким углом зрения.
Можно сказать, что мы преодолели открытую местность удачно. Ну, пару раз пулемётные очереди боевиков хлестанули рядышком, а так ничего…
– Товарищ полковник, начальник артиллерии…, – я представился весёлому полковнику и за пять минут мы решили все вопросы взаимодействия. Как только они берут скалу, так я сразу же присылаю к нему артиллерийского офицера для связи и обстрела целей, но уже в Аргунском ущелье…
– Слушай, ещё хочу тебе сказать. Рискованно стреляете…. Вчера ваши артиллеристы ошиблись и три твоих снаряда, оторвавшись, упали на позиции танкистов, – полковник мотнул головой на танки, которые вели огонь прямой наводкой по позициям боевиков перед скалой, – слава богу, никого не зацепило, но осколками здорово посекло танки и наше КНП. Поаккуратнее, там работайте…
Благополучно вернулся к ПРП и помчался домой. Через двадцать минут снова миновал мост на Аргуне и медленно начал подыматься от реки к Чири-Юрту, как увидел вспышку выстрела из 82мм миномёта в одном из дворов Чири-Юрта на окраине селения. Нас ежедневно подвергали обстрелам из миномётов и это мог быть один из них.
– Ахмеров, видел выстрел из миномёта? – Я возбуждённо повернулся к подчинённому и ткнул рукой на ряд окраинных домов. Ахмеров отрицательно замотал головой и лишь недоумённо пожал плечами.
– Стой, – ПРП резко остановилось, голова механика-водителя в шлемафоне с немым вопросом повернулась в люке ко мне. Я же впился глазами в дома и уж не мог определить из двора какого именно домов из трёх вёлся огонь из миномёта. Мысли вихрем метались в голове и сводились в основном к одному – атаковать, ворваться во двор, перестрелять находившихся там и захватить миномёт. Я уже был готов отдать команду – Вперёд, но тут же прикусил язык.
– Стой, Стой. Кем атаковать? Я, да Ахмеров. Ну, подлетим к этим трём домам в глубине улицы, скатимся с брони и вдвоём ворвёмся во двор, тут же наткнувшись на огонь. Это ж, блядь, ПРП – грохоту на всю деревню: услышат и встретят… Ну, завяжем бой, через пять минут подскочат карачаевские ОМОНовцы, услышав стрельбу недалеко от них, – я глянул на блок-пост карачаевцев и на нескольких ОМОНовцев, глядевших на меня, в трёхстах метрах от окраины…
– Нет, эти не помчатся. Что же делать? Всё-таки надо гнать к своим, поднять разведку и через пятнадцать минут вернуться сюда…
– Пильник, вперёд…! В полк…, – ПРП рыкнуло и на высокой скорости помчалось на цементный завод. Через пять минут я ворвался в штаб. Отлично: командир полка, начальник разведки, особист находились в помещении.
– Обнаружил позицию духовского миномёта в Чири-Юрте – вот здесь, ещё можно захватить…, – азартно ткнул карандашом в квадратики домов на карте. Но все с удивительным равнодушием поглядели на карту, а особист отвёл меня в сторону.