Мы не должны ожидать, что наши взаимоотношения с Богом будут всегда оставаться в одной и той же плоскости. Поверьте мне, за 65 лет супружеской жизни ты не пребываешь все время в состоянии восторга. Вначале любовь была для меня, как пылающий костер. Ну, знаете, как мы говорим: ‘Ты осветила мою жизнь’. Через несколько же десятков лет она трансформировалась в нечто больше напоминающее раскаленные угли. Конечно, жар немного рассеялся, однако угли — это тоже неплохо. На них можно приготовить еду или погреть возле них ноги. Открывается новый уровень близости в отношениях».
Как сказал Граундс, он несколько раз переживал всплески духовного восторга, однако такое происходило не часто. Но он неизменно проявлял стойкость, главным образом потому, что ценил взаимоотношения с Богом точно так же, как ценил взаимоотношения в браке: «Я грею у этого костра ноги». Разменяв седьмой десяток, Граундс начал больше размышлять о старости, молясь словами, позаимствованными у Роберта Фроста: «Как мне выжать максимум из одряхлевшего?» Он и не догадывался, что впереди у него — еще треть жизни.
За свои девяносто с лишним лет Граундс прошел немало испытаний. «Я совершенно уверен в Божьей способности совершать то, что Он хочет, и доказательство этому — воскресение Христа. Однако я также верю и в то, что силам добра пытаются помешать другие духовные силы. Я признаю тайны и парадоксы. Для того, кто прожил столько, сколько я, это неизбежно. Подобно китайскому философу, который ехал на осле, сидя задом наперед, мы понимаем жизнь только когда оглядываемся назад».
Недавно, просматривая стопку старых журналов «Times», я был потрясен тем, насколько отличается мир сейчас от того, как он выглядел тридцать лет назад. В те времена передовицы кричали о «приближении ледникового периода», сегодня же мы слышим о глобальном потеплении. На картах мира большим красным пятном обозначалось распространение коммунизма от Индокитая до Африки. Экономисты предрекали конец господству Америки и новый всемирный паритет между США, Россией, Китаем, Японией и Европой.
В более свежем номере за август 2001 года я напрасно искал слова «Аль-Каида» и «Усама бин Ладен». Почему-то, прогнозисты упустили из виду все определяющие события моей эпохи, включая войну с терроризмом и конец холодной войны.
Размышляя над нашими неудачными попытками предугадывать будущее, я вдруг понял, что Библия нередко концентрирует внимание на ожидании. Авраам ожидал единственного ребенка. Израильтяне веками ожидали избавления от египетского рабства. Давид ожидал в пещерах обещанной коронации. Пророки ожидали исполнения своих же удивительных предсказаний. Ученики с нетерпением ожидали, когда Иисус начнет действовать, как властный Мессия, которого они так ждали.
Последние слова Иисуса, записанные в конце книги Откровение, звучат так: «Гряду скоро», — и на них эхом отвечает горячая молитва: «Аминь. Ей, гряди, Господи Иисусе!» Эта молитва остается неотвеченной.
Во время Второй мировой войны в немецком концлагере американские пленные втайне от охранников смастерили самодельное радио. Однажды они услышали новость о том, что высшее командование Германии капитулировало, и война закончилась. Тем не менее, из-за плохой связи охрана лагеря об этом еще не знала. Когда новость распространилась, все заключенные возликовали.
На протяжении трех дней их было просто не узнать. Они пели, приветственно махали руками охранникам, смеялись, глядя на овчарок, и перебрасывались во время обеда шутками. Проснувшись на четвертый день, заключенные обнаружили, что все немцы сбежали, оставив ворота лагеря незапертыми. Время ожидания подошло к концу.
Тут у меня возникает вопрос. Почему мы, христиане, сталкиваясь с современными кризисами, реагируем на них с таким страхом и беспокойством? Почему мы, подобно тем пленным солдатам союзных войск, не поступаем в соответствии с Благой вестью, в которую, как утверждаем, мы так верим? Что такое, по своей сути, вера, как не уверенность наперед в том, что обретает смысл только при взгляде из будущего.
За три месяца до начала общенационального съезда Демократической партии 2008 года в Денвере я выступал с речью на одном официальном молитвенном завтраке. В том же самом зале, где мы собрались для молитвы, политикам вскоре предстояло наперебой обещать коренным образом изменить курс страны и преодолеть все ее трудности.
