Сделав всего несколько дневниковых записей, я поняла, что принесла свое детство в жертву тому, чтобы заботиться о матери. Мои родители поддерживали эти отношения, а все то, что они мне говорили в то время, проигрывается в моем подсознании снова и снова. Б
Вооружившись дневником, я решила вытащить наружу эти сигналы, веря, что мое сознательное восприятие прольет свет на них и даст мне возможность увидеть, насколько они серьезны и сильны. Я составила список «Ста вещей, которые мне говорили родители».
Каждый пункт в этом списке представлял собой отдельную незначительную вину.
Например, приближался подростковый возраст, и я испытывала естественное желание больше узнать об окружающем мире. И память подсказала, какие обвинения родителей я слышала, когда выходила из дома: они утверждали, что «они мне больше не нужны». Из-за того, что их собственные родители не дали им необходимого чувства безопасности и беспрекословного принятия, мои мать и отец нуждались в моем постоянном внимании, любви и времени.
Я много раз использовала свой дневник в качестве машины времени, писала Запечатленные моменты из обрывков воспоминаний детства, каждый раз ощущая радость понимания и чувствуя нарастающую симпатию и сходство с тем травмированным, одиноким, напуганным ребенком.
Очень сильные целительные образы пришли ко мне, когда я однажды писала и слушала запись раскатов грома. Мое взрослое «я» пришло к моему детскому «я» и защитило его. Этот образ возник под влиянием воспоминаний о настоящей грозе, которая случилась много лет назад в моем детстве, и я попросила защиты у взрослого человека, который подверг меня сексуальному насилию. В этом образе мое взрослое «я» дало ребенку все то, в чем он нуждался, и ничего не попросило взамен. Я держала его, согревала, защищала и потом отвела домой к родителям, где относились друг к другу и особенно к детям с уважением. Через свой дневник я смогла дать своему детскому «я» именно то, в чем оно нуждалось, чтобы залечить раны и найти любовь и уважение.
Такой опыт раскрытия своих чувств, понимания их и участия в собственном исцелении дал мне новое ощущение внутренней власти. После каждой ступеньки появляется следующая. После образа грозы мне был необходим форум, чтобы выпустить гнев и злость на тех людей, которые подвергли меня насилию в детстве. Дневник принял это все в себя. Я начала со списка «Ста фантазий, которые не подходят для приличного общества». Бумага вынесла все самые мрачные, страшные и сильные выражения моих мыслей. И они утратили свою силу просто под воздействием пролившегося на них света понимания.
Даже если процесс исцеления продолжается или завершается, дневник остается ценным инструментом для работы с собой. Когда детское «я» выслушано, воспринято серьезно, ему дана возможность выразить свой гнев, взрослое «я» может быть готов пойти на разумное примирение с родителями, которые в свою очередь тоже были жертвами. Взрослый видит трагедию в циклическом изображении. Дневник помогает в этом процессе, так как взрослый признает настоящие чувства любви к родителям. Эта любовь держится не на мифическом счастье, а на открытости и истине.
И теперь тот, кто пишет дневник, может ощутить творческую свободу, после того как детское «я» свободно выразит свое полное принятие. Дневник дает возможность детскому «я» играть без правил и без ограничения свободы выражения. Никакой другой терапевтический метод не оставляет нам подобной записи нашего путешествия, которое всегда можно перечитать для более глубокого понимания или рассматривать его как подтверждение того, как далеко вперед мы прошли.
Когда ребенок не может быть ребенком? Когда он живет в семье алкоголиков.
Хотя каждый из нас уникален, ситуации, восприятия и интерпретации нашей жизни не всегда различаются. Взрослые дети из дисфункциональных семей часто сталкиваются с одинаковыми проблемами. Это касается признания отрицания, избавления от боли, освобождения от необходимости контроля, реалистичного восприятия жизни.
