Так как мой друг-дневник позволил мне преодолеть гнев и предоставил площадку, где я могла выпустить пар и злость, я изменилась и смогла перейти на следующую стадию горя — поиск компромисса.
Сначала у меня не получались «переговоры о сделке». Потом я поняла, как могла бы позволить себе немного заняться горем, а потом отложить его в сторону и излечиться от него. Для меня эта стадия оказалась трудным периодом. Это было очень похоже на торг: «Хорошо, горе, я действительно этим займусь как следует, прямо сейчас, но потом я хочу, чтобы с этим было покончено. Я хочу, чтобы боль ушла и я исцелилась от нее».
29 апреля. И наконец я почувствовала грусть оттого, что должна заняться именно грустью. Бесконечный цикл.
4 мая. Сто вещей, о которых я никогда не скорбела, не горевала, не жалела и не ощущала их потери (приводится список восьми вещей). Он написан сухо, без эмоций. Кажется, я устала. Моей души здесь нет, и у меня нет желания тратить на это время. Не думаю, что надо принуждать себя.
Сдержать себя и запустить процесс поиска компромисса. Один день хочется, на следующий день желание исчезает, а через день появляется снова. Подтолкни меня, подтащи, я хочу заключить сделку. Здесь, конечно, присутствует аспект контроля, но об этом в другой главе. Наконец до меня доходит, что поиск компромисса не помогает. Я поняла, что я должна сделать то, за что буду вознаграждена:
10 мая. Диалог с горем:
Я: Что я могу изменить, или мне надо иначе обращаться с тобой?
Горе: Признайся, что я есть, и сделай все, что можешь, чтобы встретиться со мной лицом к лицу.
Итак, слегка воодушевленная, я признала, что буду с ним, пока оно не пройдет. И доверилась течению времени, понимая, что проблемы и застаревшая боль могут вернуться в любое время. Я поклялась себе, что буду оставаться открытой до конца.
Пойдя на такую сделку, я освободилась и смогла перейти к следующей стадии — депрессии.
Я быстро распознала депрессию. Я так подолгу пребывала в ней, что хорошо знала, какова она.
14 мая. Я действительно устала — от своей усталости.
15 мая. Совсем не пишется, не знаю почему. Отчасти, я думаю, это изнурение. Я устала быть уставшей.
18 мая. Все эти дни я с трудом вставала по утрам. Каждое утро приходилось делать усилия.
Более того, моя депрессия сопровождалась не только усталостью и отсутствием энергии, но и отсутствием терпения, внимания, ощущением пустоты.
19 мая. Меня удивляет, что происходит со мной, или, точнее сказать, то, в чем я участвую, сама того не осознавая. Мне кажется, что я несусь по течению в полусознательном состоянии. Происходят странные провалы в сознании и памяти. Я называю людей неправильными именами, забываю простые вещи и слишком много ем. И ни от чего не получаю удовольствия.
