— Да катись ты к черту! — резкий крик продолжился выпадом.
Черный клинок пронзил грудь девушки и вонзился в полку позади. Она мигом подняла голову, схватилась обеими руками за меч и в агонии ее тело стало выдавать самого разного рода движения. Тошные стоны и бурлящие от крови вздохи пытались объединиться в слова, но он не слушал… Эрл уже даже не смотрел на нее, хотя со стороны можно было сказать, что его взгляд был направлен прямиком на нее — глаза его, однако, смотрели сквозь. Он пал на колени и закричал…
«Какой же я беспомощный!.. Я не смог спасти ни одну из этих хрупкий жизней… Арата бы убил меня за такую спешку…»
Прострация, в которую впал Эрл, длилась вечно. Он не слышал звуков, не видел вещей вокруг, его мозг даже не придавал им хоть какой-то образ. Его терзали мысли о поспешности его действий. Каждое… Каждое решение, сделанное им в эту ночь, было неверным. Все изначально шло к этому. Был бы тут Хауз, он бы точно обошелся грубее, но истребил бы кошмар еще в тот момент. Был бы тут Арата, тот бы не бросил девушек на произвол судьбы и выяснил бы все до последней капли информации, пока все не стало понятно. Что мог сделать он? Эрл из третьего набора? Забавно, но к этому моменту, кроме него, в должностях остались лишь люди из первого. Все остальные либо ушли, либо…
Эрл схватился за голову. «Опять! Опять!!! Смерть-смерть-смерть!!! Почему каждый!? Абсолютно каждый, кого я пытаюсь спасти! Все! Все погибают!!! Чего мне не хватает? Смелости? Расчетливости?! — он яростно стиснул зубы, коря себя еще сильнее. — Я готов… я готов умереть… пожалуйста… только не забирай еще кого-нибудь…» — он медленно повернулся и подполз к останкам маленькой девочки. «Ори…» Слезы нескончаемым ручьем текли из его глаз. Они падали на нее и разбавляли кровь. Он приподнял ей голову и прижал ее к груди, сразу окрасившейся в красный.
Так бы он и просидел там всю ночь. Абсолютно один… Слушая стук собственного сердца, которое билось с такой бешенной скоростью, что даже внезапная смерть его бы не остановила. Но в минуту полного покоя, примирения с жестокой реальностью, прорезавшей Эрла насквозь, в голову ему поступил сигал реальной боли. Это была не иллюзия. Скорчившись, Эрл припал, опершись на пол. Обернувшись, он увидел картину: Мина, старшая из двух сестер Долл, по-видимому, углубив меч в себя и вытащив его из тумбы, смогла доползти до него и проткнуть голень ножом. Эрлу хотелось закричать, но тот лишь сильнее запер свои чувства и оттолкнул девушку от себя. «Живая еще, сука!» — закричал он. Эрл был сильно обозлен, не на существо, а скорее на себя. Сквозь слезы, не то от утраты, не то от боли, был виден жар ада, которым он себя карал. Ему хотелось призвать меч, но тот не появился, и реальность наконец представилась в полной ее неприглядной красе.
Существо, пока еще в облике девушки, обвитой угольными лианами, забралось на тумбу и держа в руке нож, хранила в своем теле его собственное оружие. Подготовившись, Эрл прошелся взглядом по окружению и, спустя ту секунду времени, существо набросилось на него. Схватив подсвечник, Эрл ударил его в лицо, рассекая щеку и ухо. Кошмар, насильно изменяющий неудобное человеческое тело девушки под себя, вырастил из боков пару конечностей и влетев в стену остался стоять на ней, цепляясь когтями. Эрл мигом снял серные свечи с кольев, которые не давали им упасть, дабы максимально повысить эффективность. От разума девушки не осталось ни капли, как и от ее души. Эрл не думал, что ему когда-либо придется столкнуться с подобным, но почему-то он был уверен — это Имперор.
Эрл замахнулся оголенным подсвечником и ударил по стене — существо прыгнуло, изогнулось в воздухе и попыталось нанести удар по его руке, но изуродованное лицо Мины получило всплеск магического сопротивления. Существо упало на пол, схватилось за лицо всеми шестью конечностями и издало крик, в котором еще можно было расслышать тонкий звон нетронутых мутацией связок.
На среднем пальце левой руки Эрла было надето кольцо, оно сначала чуть треснуло, а потом задымилось.
«Черт, перестарался».
Удар подействовал. Существо взглянуло на Эрла, растерянного от треснувшего кольца, и выползло из комнаты, оставляя за собой след из смеси собственной плоти. Эрл, недолго думая, кинулся за ним, параллельно засовывая в рот ветку отиума.
