– Чтоо? – не понимаю я.
Неужели следователь узнал, что в моем похищении виноват мой муж?
Но я же не подавала заявления. Значит, причина в другом.
– За что? – тут же задаю следующий вопрос.
– Это по работе – уклончиво отвечает отец – Я хотел тебе ска...
– Надолго? – прерывая папу, спрашиваю я.
И сама же себя одергиваю.
Ну и дура! Радоваться должна – он получил по заслугам.
Но... пока еще малюсенькая горошинка появилась в моем теле благодаря Диме. И я... я просто не могу радоваться, что отца моего малыша посадят.
Только поэтому появляется неприятное ощущение бессилия в груди. Только поэтому.
– Пока на семьдесят два часа, а там... неизвестно. Докажут его вину – сядет надолго. Не докажут – выпустят. Об этом-то я и хочу с тобой поговорить.
– Но что он сделал? – снова допытываюсь я.
Папа проводит рукой по волосам.
– Вроде как он украл строительные схемы и продал их.
– В смысле украл? – не понимаю я – у кого?
– В своей, вашей компании.
– Ерунда. Зачем ему воровать свои же схемы? – удивляюсь я.
Я наблюдала за своим мужем целый год. И видела, как он относился к своей работе. Ответственно.
Дима вообще ко всему относился так.
И если он что-то делал, то делал это хорошо.
А теперь! Украсть у себя? Неет!
– Эти чертежи изготовляет не ваше предприятие. Владельцы будущих построек заказывают его в проектных фирмах, а только после этого передают в строительную организацию. И вот теперь получается, что эти самые чертежи ходят по интернету.
Господи! Даже я, далекая от всего этого, понимаю, что для нашей организации это плохо! Очень плохо!
Так. Стоп! Нашей? Почему папа называет её нашей?
– Паап, ты все время говоришь "вашей" о фирме. Почему?
– Об этом я и пытаюсь тебе сказать. Ты помнишь наш разговор накануне свадьбы?
Я вспоминаю, о чем мы с отцом говорили. Нет, не помню!
Я отрицательно качаю головой.
– Так я и знал – отец тяжело вздыхает – Ты была такая счастливая в тот день. Конечно, ты не помнишь. А потом... – папа опускает глаза – я сам забыл. Забегался.
– Про что ты мне говорил? – спрашиваю я с нетерпением.
– Про то, что фирма принадлежит теперь вам с Димой – я округляю глаза от удивления, а отец продолжает – И ты имеешь право второй подписи.
– Подожди – я вскакиваю с кровати – Как? Я что, тоже директор этой – размахиваю я руками – огромной организации?
– Не совсем – отец поднимает взгляд на меня и вздыхает – Ты же знаешь, что наш "СтройГрад" принадлежал раньше Андрею, отцу Димы. Потом, фирме срочно понадобились деньги. Так я стал его партнером. Естественно, с меньшим пакетом акций. А незадолго до вашей свадьбы на предприятии хм... кое-что произошло. И Андрею, чтобы не потерять всю организацию, пришлось покинуть пост директора. Даа, тогда мы тоже чуть не потеряли её. И долго думали, как поступить. А потом решили, что, если мы объединим наши акции, сможем все исправить. Вот и решили поженить вас – не мог же я просто отдать Диме свои акции. Так что директор там все же Дима. А ты... Ты, считай, что зам.
Я с подозрением смотрю на отца. Вот не думаю, что я бы забыла такую информацию. Так что, или у меня случилась предсвадебная амнезия, или у него – старческий склероз.
– Я не помню, что ты...– начинаю я. Но папа встает с кровати и, подходя ко мне, говорит:
– Сейчас ты должна возглавить компанию.
ЧТО?
– Нееет! – я пячусь назад – Неет. Я не могу. Я не хочу. Да я вообще в этом ничего не понимаю.
Мне бы спокойно готовится к выставке, и стараться никому не показываться на глаза.
Да и к тому же, мне надо сейчас думать о своей беременности.
– Дочь, ты не понимаешь! Это не обсуждается. – папа широкими шагами мерит комнату – Ты будешь руководить там чисто номинально. Мы сами все будем делать. Просто, нужно будет твое присутствие. И твоя подпись.
– Нееет – я отрицательно качаю головою. – Тем более, я же тебе говорила, что документы потеряла. Все.
– Пф. Я тебя умоляю – отец театрально закатывает глаза – Сейчас все можно сделать за два дня. Осталось только заплатить нужным людям.
На меня накатывает черная злость.
То есть, когда я ему вчера сказала о потере документов, он свою помощь не предложил. А сейчас, когда дело коснулось предприятия – вот, пожалуйста, оказывается все можно быстро решить.
– Я не смогу. У меня выставка. – со злостью говорю я.
Хватит. Должна я хоть раз поставить свои желания выше чужих интересов.
– Ты не понимаешь – отец хватает меня за плечи и слегка трясет – это касается огромных денег. Таких, что ты даже себе не представляешь. И, если мы потеряем компанию, то нам придется отказаться от всего этого.
Папа рукой обводит комнату.
А мне хочется кричать.
Да гори оно все синим пламенем. И это предприятие, и этот дом.
Я уеду. Я забуду о вас, как о страшном сне. Начну новую жизнь.
Похоже, отец угадывает мой настрой и пытается меня разжалобить:
– Подумай о том, что будет со мной. С Димой.
А теперь мне хочется смеяться.
Нашел, чем пугать.
Мне все равно. По-фиг!
– Нет, папа. Я не буду.
– Хорошо – злым голосом произносит он и, наконец-то отходит от меня. – Тогда, никакой выставки.
– В смысле? – не понимаю я.
