То ли эта мерзкая холодная погода так на меня влияет, то ли на Кэрри, то ли на нас обоих. Мы ни с того ни с сего начинаем спорить из-за совершенных пустяков. И такое неприятное положение вещей складывается по большей части за завтраком или за обедом.
Сегодня утром, не помню почему, мы говорили про воздушные шары, и было очень весело; но как-то незаметно разговор перешел на семейные темы, и Кэрри, бог весть с какой причины, вдруг в самом нелестном тоне коснулась денежных затруднений моего бедного отца. На это я ей возразил, что «папа, по крайней мере, был джентльмен», после чего Кэрри ударилась в слезы. Положительно, куска не мог проглотить за завтраком.
На службе за мной послал мистер Джокер и, извинившись, сообщил, что мне придется воспользоваться ежегодным отпуском со следующей субботы. Франчинг позвонил на службу и пригласил меня с ним отужинать в клубе «Конституционный». Опасаясь дома ненужных разговоров после утренней стычки, я известил Кэрри депешей о том, что иду ужинать, и пусть она без меня ложится спать. Купил Кэрри серебряный браслетик.
31 ИЮЛЯ.
Кэрри очень понравился браслетик, который вчера, прежде чем лечь спать, я оставил у нее на туалетном столике с нежной записочкой. Сообщил Кэрри о том, что со следующей субботы мы едем в отпуск. Она с улыбкой отвечала, что очень рада, разве только вот погода скверная, и миссис Джиббонс едва ли успеет сшить ей платье, подобающее оказии. Я заметил, что, по-моему, палевое платьице с розовыми бантиками очень мило выглядит; Кэрри ответила, что не напялит такое на себя ни за какие коврижки; я готов был обсудить этот предмет, но вспомнив про вчерашние разногласия, прикусил язык.
Я сказал Кэрри:
— По-моему, лучше доброго старого Бродстера нам ничего не найти.
Кэрри не только, к моему удивлению, впервые в жизни выдвинула возражения против Бродстера, но вдобавок еще и попросила меня не употреблять выражение «добрый старый», предоставя его мистеру Стиллбруку и другим
— Решай сама, как хочешь.
Вечером, когда я вернулся, Кэрри сказала, что она передумала, раз остается так мало времени, она согласна на Бродстер и уже написала миссис Бек, на Харбор-вью-террас, чтобы приготовила нам комнаты.
1 АВГУСТА.
Заказал новые невыразимые «У Эдварда» и попросил, чтобы не делали их такими широкими внизу; последняя пара была так широка внизу и так узка в коленках, что выглядела, как моряцкий клеш, и я даже слышал, как Питт, этот противный молокосос у нас в канцелярии, выговорил:
— Какие горны!
Это когда я проходил мимо его стола. Кэрри заказала миссис Джиббонс розовую блузу и юбку из синей саржи, по-моему, на водах это будет изумительно! Вечером она себе сооружала матросскую шапочку, а я тем временем читал ей вслух «Биржевые ведомости». Когда она кончила шляпку, я ее примерил, и оба мы от души хохотали; Кэрри говорила, что шляпка уморительно сочетается с моей бородой, и выйди я на сцену в таком виде, все бы попадали со смеху.
2 АВГУСТА.
Миссис Бек написала, что наши всегдашние комнаты в Бродстере в нашем распоряжении. С этим все в порядке. Купил пеструю рубашку и пару рыжих штиблет, какими, я вижу, щеголяют многие франты в Сити, говорят, это сейчас крик моды.
3 АВГУСТА.
Прекрасная погода. Ждем не дождемся завтрашнего дня. Кэрри купила зонтик длиной в пять футов. Я ей заметил, что это попросту смешно. Она сказала: «У миссис Джеймс из Саттона — вдвое длинней», и разговор был окончен. Я купил шикарную шляпу для жаркой погоды на море. Не знаю, как их называют, такая, вроде шлема, как носят в Индии, но только из соломки. Купил три новых галстука, два цветных фуляра, и пару синих носков у «Братьев Поп». Весь вечер укладывал вещи. Кэрри напомнила мне, чтоб не забыл взять у мистера Хиггсуорта подзорную трубу, он мне всегда ее одалживает, зная, что я с ней умею обращаться. Послал за нею Сару. И вот, когда, казалось, все было так прекрасно, с последней почтой пришло письмо от миссис Бек следующего содержания: «Я сдала весь дом одной семье и, прошу меня извинить, вынуждена взять свое слово обратно, и, прошу меня извинить, вам придется искать себе другое жилье; но миссис Уомминг, моя соседка, с удовольствием вас приютит, правда, с понедельника, так как ее помещение занято на выходные.
4 АВГУСТА.
С первой почтой пришло милое письмо от нашего дорогого сына Уилли с благодарностью за пустячок, который Кэрри ему послала в связи с позавчерашним днем его двадцатилетия. К нашему крайнему изумлению, вечером он объявился сам, проделав неближний путь из Олдэма. Он сказал, что отпросился в банке и, поскольку понедельник — выходной, решил нам сделать небольшой сюрпризик.
5 АВГУСТА.
