25 ноября 1986 г.
Дорогой Дневник!
Я не писала уже несколько недель. Просто мне не хотелось ничего писать. Все по-старому. В этот четверг будет День благодарения. Но до сих пор никто и словом об этом не обмолвился. Я знаю, миссис Черчер ничего устраивать не будет. Но несмотря на усталость, я все же сказала мистеру Черчеру, что буду рада приготовить праздничный ужин. Он обрадовался. Завтра пойду по магазинам, возьму с собой Джейкоба. Тыквенный пирог я готовить не умею, но думаю, ничего сложного. Одного пирога нам вполне хватит. У моей мамы выходят вкуснейшие пироги. В этот раз она будет готовить пирог с яблоками, орехами, тыквой и вишней. И еще у них будет огромная индейка. Соберется вся семья, приедет тетя Джениэл и все ее двести детей. Я скучаю по родным. Интересно, вспомнят ли они обо мне за ужином и спросят ли, как у меня дела в школе. А моя мама наверняка ответит: «Вы же знаете Ноэль, она такая умница».
Мне кажется, здесь никто и ни за что благодарить не будет. Все только обрадуются, если на дом вдруг упадет метеорит. Только не Джейкоб. Но если метеорит все-таки упадет, я накрою его собой и спасу. Я бы жизнь отдала за этого мальчишку. За что же я буду благодарить в этот День благодарения? Поблагодарю за то, что у меня есть он.
Ноэль19 декабря
На следующее утро я встал с легкой головной болью. Немного проспал. На часах было уже почти девять. Несмотря на похмелье, лицо мое сияло – я улыбался. Мне казалось, я выиграл в лотерею. Рейчел тоже меня хотела.
Я натянул первые попавшиеся шорты и футболку и направился в ее спальню. Слегка приоткрыл дверь, чтобы не впустить слишком много света. Но, к моему удивлению, в окна уже вовсю светило солнце. Шторы открыты, в комнате никого нет.
– Рейчел?
«Наверное, ушла прогуляться», – подумал я и вошел.
– Рейчел.
Заглянул в ванную. Чемодана нет. Ничего нет. Ее нет.
Я снова вернулся в гостиную. На тумбочке возле двери лежала записка.
