В то лето Серж арендовал шато Вольтерра – огромное поместье на мысе Камара, принадлежавшее Сюзи Вольтерра. Раз в неделю мы ездили в Сен-Тропе снимать в банке деньги, чтобы платить за этот роскошный замок. Мы собрали всю родню. К нам присоединились мои мама с папой, Эндрю, Линда, мать Сержа, Лилиана и Жаклин – каждая с двумя детьми. Не успели мы устроиться, как мне позвонил Вадим с предложением сняться в «Дон Жуане» вместе с Б. Б. Разумеется, я согласилась, и неделю спустя мы уже были в Париже, оставив всех своих родственников на частном пляже.
Во время работы над «Дон Жуаном», накануне съемок постельной сцены с Бардо, Серж устроил мне бурный скандал на почве ревности к Вадиму. Возле двери у нас стоял медвежонок под стеклянным колпаком. В разгар ссоры он упал, и Серж, нахлобучив его мне на голову, протащил меня по полу. Он сделал это нарочно, чтобы на следующий день я не могла появиться на площадке. Я убежала из дома в расположенный напротив отель «Пон-Руайаль». Наутро за мной заехал ассистент режиссера. Я всю ночь проплакала; лицо у меня опухло, глаза болели. Гримироваться я отказалась. Вот почему в этой сцене я такая красивая – без кошмарного макияжа в стиле 1970-х. Бардо вела себя со мной образцово – никакого снобизма, никакого высокомерия, не то что другие актрисы. Работе на площадке она предпочитала пропустить стаканчик в баре. В утро съемок нашей знаменитой сцены она пришла во всем своем великолепии. Это было потрясающе – видеть ее рядом с собой, не на экране, а в жизни. Я оглядела ее с ног до головы, пытаясь отыскать хоть какой-нибудь недостаток, и не нашла ни одного. У нее даже ступни были красивые. Я предложила ей переплести наши ноги, чтобы было непонятно, где чьи. Вадим дал сигнал начинать съемку. Он просто сказал: «Поехали!» Мы не знали, что должны делать. Бардо улыбнулась: «Может, споем «Я люблю тебя, я тебя тоже нет»?» – «Или лучше
Эта постельная сцена с Бардо была единственным приятным для меня моментом за все время съемок. Я до сих пор отношусь к ней с большой нежностью. Каждый раз, когда я отправляю для ее фонда по защите животных чек даже на небольшую сумму, она обязательно присылает мне собственноручно подписанную открытку. Серж тоже продолжал с ней дружить; иногда они вместе ходили обедать. После того как мы с ним расстались, он снова повесил у себя в гостиной ее фотографии, снятые в натуральную величину Сэмом Левином. Позже, когда мы с Жаком Дуайоном жили на улице Тур, мне позвонил Серж. «У меня для тебя плохая новость», – начал он. «Говори скорее, что случилось!» – «Мне позвонила Брижит. Она хочет, чтобы мы записали оригинальную версию «Я тебя люблю…», а деньги направили в ее фонд». Он, конечно, согласился, и поступил правильно. С тех пор существуют две версии диска. Мне кажется, что Бардо всегда очень им дорожила.
В ноябре[133] я впервые в жизни приняла участие во французской манифестации. У меня была назначена встреча с Дельфиной Сериг в ее квартире, которая выходила на площадь Вогезов. Сами Фрей приготовила нам яйца всмятку, чтобы морально поддержать нас перед поездкой в Бобиньи. Меня это страшно тронуло, потому что на улице Вернёй всю эту историю восприняли крайне враждебно. Мы побаивались, что собравшиеся мужчины устроят беспорядки и это обернется катастрофой, потому что процесс проходил при закрытых дверях. Я помню, что в толкучке выронила свою корзину и ползала, собирая свои вещи. Помню чувство солидарности, объединившее не знакомых между собой женщин. Разумеется, я выступала за легализацию абортов, понимая, что женщины из богатых семей легко могли позволить себе поехать в Англию или в Швейцарию, не заботясь о расходах и не мучась угрызениями совести.
