Мы были в Провансе на съемках фильма «Горчица бьет в нос». Мы – это мои родители, дети, няня, Серж и, конечно, я. Когда Клод Зиди предложил мне роль старлетки, в которую влюбляется тип, похожий на Киссинджера, я сказала: «Пригласите лучше Бри-жит Бардо. Так будет смешнее. Она ведь настоящая звезда». – «После этого фильма ты сама станешь настоящей звездой», – ответил Клод и оказался прав. Фильм побил в прокате все рекорды и прославил нас с Пьером Ришаром во всем мире, даже в России. Съемки в Эксе проходили прекрасно. Мы жили в небольшом отеле с садом, и у меня сохранились фотографии, на которых мы с Сержем и детьми то плаваем в бассейне, то качаемся в гамаке.
Во время съемок сцены с Авой – моей подругой и парикмахером на всех фильмах – мне на голову свалилась дверца трейлера. Накануне ее использовали для смешного эпизода, по ходу которого она должна без конца хлопать. Но один из актеров не явился на площадку, и режиссер сказал: «Давайте пока снимем сценку с Джейн и Авой». Ну и сняли… Дверца была красного дерева и в падении щеколдой рассекла мне надбровную дугу. Пьер Ришар потом говорил мне, что я помогла ему неплохо заработать. Дело в том, что, если на площадке происходит несчастный случай, все, кроме пострадавшего, извлекают из этого немалую выгоду: съемки останавливают, но актерам продолжают платить. Из-за моей травмы простой продолжался целую неделю. Потом меня уговорили вернуться на площадку, замаскировав рану челкой. Мы пересняли сцену пресс-конференции со всеми комарами. На распухший гонорар Пьер Ришар купил себе спортивную машину!
Лежу в постели. Швы только сняли, но пошевелить бровью я до сих пор не в состоянии. Прошла неделя с того проклятого дня, когда мне на голову свалилась эта чертова дверца. Как же я перепугалась! Я и не подозревала, что у крови есть свой запах, а главное – что она такая горячая. Даже с закрытыми глазами я понимала, что по щекам у меня струятся не слезы, а кровь. Я орала как резаная и отталкивала женщину, которая пыталась приложить к моей ране лед. Все вокруг охали и ахали: «О-ля-ля!», «Ну и ну!» – из чего я вывела, что видок у меня еще тот. Кто-то сказал, что надо вызвать скорую, потому что рана глубокая. На мне расстегнули рубашку, сняли с меня шерифские сапоги. Клод Зиди проявил ко мне настоящую доброту. Он поехал со мной в больницу, по дороге держал меня за руку и не уходил, пока мне делали рентген головы и искали хирурга, который будет делать операцию. Ее назначили на 14:30, и я попросила Аву найти Сержа. Больше всего меня ужасала мысль, что мой лоб будет обезображен шрамом. Клод вел себя безупречно. Позвонил Клод Берри. Он сказал, чтобы я не волновалась, потому что здесь прекрасные врачи, иначе он отправил бы меня самолетом к своему личному хирургу в Париж. Наконец пришел Серж. Я попросила его заглянуть мне под повязку. Он подтвердил, что рана глубокая, но не широкая, и поцеловал меня. Пациент из соседней палаты – очень милый человек – принес мне букет цветов: «От вашего поклонника». Это немного подняло мне настроение. Я попросила Сержа сообщить обо всем папе. Операцию должны были делать под общим наркозом, и мне хотелось поговорить с ним до того. Папа пришел, и вскоре меня уложили на каталку и перевезли в операционную – комнату, залитую слепящим светом. Серж и папа остались ждать меня в палате. Поздно вечером того же дня меня выписали. После наркоза в голове стоял туман. Забирали меня папа и Серж. Серж принес большой пакет шоколадных трюфелей. Такой я и приехала домой: полголовы в бинтах, шерифский костюм заляпан кровью.
Теперь я понимаю, что чувствует папа, глядя на мир одним глазом. Это ужасно! Трех дней в роли циклопа мне вполне хватило! После того как мне сняли швы, врач велел еще неделю соблюдать постельный режим. Поэтому вернусь на съемки только в понедельник.
Фильм с Пьером Ришаром вышел на экраны. Шазаль в своей рецензии написал обо мне чуть ли не с нежностью. Надо будет послать ему коробку конфет. Всего за два дня картина вышла на первое место в прокате, побив рекорд «Аферы».
Шарлотта целыми днями играет со своим жемчугом и выглядит совершенно счастливой. Придется ей в будущем стать богачкой: ее явно интересуют только деньги и украшения. Мадам Ремонд сказала, что она как-то выскочила из коляски, чтобы подобрать монетку в десять сантимов, которую кто-то обронил на улице. Серж ею гордится. Эта ее страсть стала у нас предметом шуток. Не знаю, может, она нарочно ему подыгрывает, но выглядит это ужасно забавно.
После возвращения в Париж Серж чувствует себя намного лучше. Он совершенно переменился. Пишет роман о человеке, обладавшем даром по желанию испускать газы, и сценарий фильма.
