Я купила Сержу надувную куклу. Это был щедрый подарок, потому что за те же деньги я могла приобрести наручники и целый дамский эротический набор. У меня было всего 100 франков, потому что накануне старуха-цыганка выманила у меня 250 франков. 150 – за гадание по руке и еще 100 – «чтобы сердце успокоилось». Я не могла отказаться, потому что постоянно беспокоилась из-за Сержа. В результате она нагрела меня еще на сотню. Мы обедали с Авой, а потом пошли на рю Сен-Дени купить соломенную шляпку, которую так и не нашли. По соседству с бутиком располагался секс-шоп. Мы заглянули туда, и Ава назвала мое имя. Продавец окинул меня недоверчивым взглядом: он решил, что нас снимают скрытой камерой. В витрине я увидела одну штуку – мечту любой женщины! Это были кожаные трусы на заклепках, из разреза на которых выглядывала розовая задница. Я залилась краской и уговорила Аву спросить, сколько это стоит. Продавец ответил, что пока не знает цену, но это очень дорогая вещь, потому что трусы сделаны из натуральной кожи. Я сказала, что согласна на любую цену, и предложила 100 франков. Он открыл витрину и достал это сокровище, чтобы я могла рассмотреть его во всех подробностях. «Прелесть, – сказала я. – Сможете упаковать мне это в подарочную бумагу?» Мне не хотелось, чтобы моя покупка выглядывала у меня из корзины. Стоявшая здесь чернокожая проститутка поинтересовалась у Авы, зачем мне это надо. Пока они хмыкали и фыркали, я с недоумением увидела, как продавец вынимает из трусов задницу. «А что же я туда положу?» – огорченно спросила я, вызвав взрыв хохота со стороны каких-то потасканных мужиков, которые стояли возле полки с порножурналами и внимательно прислушивались к нашему разговору. Оказалось, это мужские трусы, а надувная задница сделана из каучука. «Как жалко», – посетовала я, ввергнув Аву в смущение. Чтобы не выглядеть
Дома мне стоило неимоверных усилий не проболтаться о том, что у меня в сумке лежит «безотказная любовница». Я дождалась, пока кончится матч по теннису и фильм, который Серж сел смотреть после него, и только тогда сказала: «Иди в спальню. У меня есть для тебя подарок». Кукла была сущий кошмар: розовая, с крашеными волосами. Я подумала, что она будет чуть презентабельней, если ее надуть, и взялась за дело. Процесс надувания сопровождался громким шумом. Возилась я не долго, хотя время от времени приходилось делать перерыв, потому что меня душил смех. Надутая она была еще отвратительней. Резиновая уточка выглядела бы соблазнительней. Ростом она была метра полтора, страшная как смертный грех и при этом чрезвычайно респектабельная: почти без груди, с плоской задницей, в одежде и с таким выражением лица, от которого бросало в дрожь. От нее воняло пластиком. Когда я показала ее Сержу, он пришел в ужас. Мы с ним долго смеялись. И правда, трудно вообразить себе нечто столь же отталкивающее, как эта кукла. Чистое мошенничество. Я сказала, что вряд ли решусь пойти и потребовать назад свои деньги. Серж умолял меня сдуть это страшилище. Не хватало еще, чтобы в нашей постели лежал резиновый труп и чуть ли не подмигивал: «Чего изволите?» Мы сдули ее вместе. А если почитать, что они пишут на упаковке! Короче говоря, меня в очередной раз провели, и не думаю, что меня одну. Наверное, такими штуками пользуются только какие-нибудь одинокие старики…
Серж работает. Через два месяца ему надо сдавать книгу, и он пишет без передышки. Это история парня, который становится знаменитым артистом и сочиняет стихи, испуская газы. Чтобы их записать, он пользуется прибором для снятия электроэнцефалограммы. В конце концов он умирает во время операции, потому что при контакте электричества с кислородом и водородом происходит взрыв.
